Когда дверь за стюардом закрылась, Макс повернулся к ней.

– Я взял на себя смелость и заказал блюда для обоих. Омары, паштет, зеленый салат.

– У вас что, команда состоит сплошь из глухих? – Франческа поджала губы. – Или они все слепые?

Он вскинул брови.

– Если для вас очень важно, cara…

– Я хочу, чтобы меня доставили на берег. Немедленно.

– В то время как Жан-Поль уже начал готовить для нас стол? – Он улыбнулся и протянул ей бокал с шампанским. – Вы оскорбите его чувства.

– Вы уже влили в меня достаточно вина, благодарю покорно.

– Еще одно гнусное преступление из моего арсенала, – лукаво ответил он. – Люблю связывать женщин и заставлять их пить шампанское.

– Вы пользуетесь моим положением. Это вино…

– От вина вы просто немного повеселели. Разве это так страшно?

– А что касается Жан-Поля, – словно не слыша его, продолжала она, – мне плевать на его чувства. Я хочу…

– Вы ведете себя словно избалованный ребенок, – вдруг резко сказал Донелли. – В этой жизни люди не всегда получают то, что им хочется, Франческа. Вам следовало бы уже знать это.

– Да что вы говорите? Вы затащили меня на эту проклятую посудину.

– А что бы вы сказали, если бы я просто попросил вас поехать со мной? Согласились бы?

Она кончиком языка провела по губам.

– Я… я не знаю.

– А если по правде, cara? Франческа вздохнула.

– Ну, хорошо, – сказала она. – Думаю, не согласилась бы. Но вы не можете осуждать меня за это.

– Нет. Не могу, – мрачно ответил Макс. – Ваш сводный брат напичкал вашу голову ядом против меня.

– Не ядом. Чарлз рассказал мне…

– Главное в том, что вы отвергли бы мое приглашение. – Повернувшись, он дотронулся до панели на стене. Зазвучала тихая музыка. – В результате мы ужинали бы в каком-то другом месте, где бы вовсю муссировалась сильно приукрашенная история нашей встречи.

История нашей встречи. Франческа с трудом сглотнула. Его слова придали особый смысл произошедшим событиям. Своеобразную интимность, словно… словно…

– Что само по себе было бы глупо, потому что мы и так стали поводом для сплетен в Монако. – Он с улыбкой вытащил из холодильника бутылку вина и откупорил ее. – Зачем же мне было везти вас еще куда-то и давать пищу дополнительным слухам?

Франческа наблюдала, как он кладет в бокал лед и наливает минеральную воду.

– В казино вас это, по-моему, не беспокоило, – медленно произнесла она.

– К моему большому сожалению. – Растерянная улыбка тронула его губы, когда он вручал ей бокал. – Боюсь, что я переборщил. Публичные демонстрации – не в моем стиле.

Да, подумала она, скорее всего. Чарлз говорил, что Макс Донелли не любит яркий свет, а сегодня вечером он оказался как раз в самом фокусе. Теперь, когда его злость прошла, он, видимо, сожалеет о своем поступке.

Но если бы он не вел себя столь безрассудно, если бы не заставил играть Чарлза по высоким ставкам, она не была бы сейчас здесь.

Ее щеки запылали. Она быстро отвернулась и приложила к лицу прохладный бокал.

– Наверное, вы правы, – сказала она. – Если бы мы пошли в ресторан, то чувствовали бы себя словно в центре цирковой арены.

– Точно. – Он подошел к Франческе сзади и легонько тронул ее за плечо. – А теперь, – тихо произнес он, – вы ужинаете со мной?

Франческа медленно повернулась и посмотрела ему в глаза.

– Я… я не знаю. Я…

У него на скулах заиграли желваки.

– Хорошо, – сказал он. – Я понял. – Она смотрела, как он поставил свой бокал и направился к двери. – Я велю Луиджи приготовить катер.

– Нет. – Сердце в груди странно запрыгало, словно сбившись с ритма и теперь пытаясь в него попасть. – Нет, – повторила она, когда он повернулся к ней. – Все в порядке. Отказываться глупо. Я хочу сказать, что теперь, когда мы уже здесь и ужин почти готов… – Голос ее дрогнул. – Я остаюсь.

Лицо Макса засияло.

– Я рад, – ответил он. От этих слов дрожь пробежала по спине Франчески.

Ужин был не просто хорош, как обещал Макс, он был великолепен. Бархатистый паштет, вкусные ароматные мидии. Даже салаты, украшенные кружевным узором из грецких орехов и прозрачных ломтиков сыра, выглядели необычно, а нежная приправа придавала им неповторимый вкус.

Когда подали омаров, Франческа уже вовсю смеялась, слушая рассказ Макса о том ужасном дне, когда он впервые попробовал мидии.