– Хватит, Алекс! – Тревис схватил ее за локоть, лицо его потемнело. – Кто я, по-твоему? Нет, я не рассказывал им о том, что случилось. Говорю тебе, я не обсуждаю свою личную жизнь…

– …на работе. Да, ты так сказал. Тогда почему все кругом мне подмигивают?

– Боже! – Тревис досадливо взъерошил себе волосы. – Не подмигивают они. Просто любопытствуют. Я хочу сказать, что, конечно, они помнят, кто купил меня на том аукционе. И теперь они знают, что мы видимся…

Он понял, что допустил ошибку, как только слово слетело с губ, но было уже поздно. Прелестное лицо Алекс побледнело.

– Видимся, – очень тихо повторила она.

– Да. – Он закашлялся. – Да… мы… типа этого…

– Видимся, – повторила она снова. – Ты и я видимся.

– Алекс…

Она вырвала свою руку, развернулась на каблуках и пронеслась мимо него. Тревис выругался и кинулся следом, но в дверях попал в толпу. Когда он оказался на улице, ее нигде не было. Куда она подевалась?

Он поехал в Малибу. Там ее не оказалось. В Доме Торпов ее тоже не было. К десяти вечера он, должно быть, проехал миллион километров, но так ее и не нашел.

Его снедали злость и беспокойство. По большей части злость. Впрочем, ладно – он сильно беспокоился. Куда она запропала? И что ее так рассердило, кстати? Тревис сидел на террасе своего пляжного дома, на столе поблизости – телефон, стакан и полупустая бутылка вина, и глядел в море.

Чего могут хотеть женщины, кроме как максимально отравить человеку жизнь?

– А что я должен был делать? – вопрошал он ночь. – Она бесилась, потому что я никому ее не представлял. А как только я это сделал, она взбесилась еще больше, потому что все они знают, как мы познакомились.

Тревис плеснул в стакан еще вина и выпил его одним глотком.

Женщины ненормальные. Он попросил Алекс переехать к нему. Разве этого недостаточно? Он никогда не просил женщину переехать к нему, никогда. Ни до его свадьбы, ни после развода.

– Ненавижу! – прорычал он, взял телефон и набрал номер Слейда.

Слейд ответил после первого гудка.

– Да, – буркнул он в трубку, – и кто бы это ни был, я хочу сообщить, что не в настроении болтать.

– Так же как и я, – в тон ему пророкотал Тревис.

– Трев? – голос Слейда немного смягчился. – Салют, парень. Откуда ты узнал, что мне надо…

– Вначале скажи, – перебил Тревис, – ты что-нибудь понимаешь в женской логике?

– Женская логика… – Слейд фыркнул, – заключается в отсутствии всякой логики, и это правда.

– Ага, – Тревис встал и начал спускаться по деревянным ступеням на пляж. – У меня тут дама…

– Как всегда.

– Я попросил ее переехать ко мне.

– Что? Слушай, старик, перед тем, как делать что-то важное, остановись и подумай.

– Это неважно. То есть, разумеется, это важно. Мы понимали друг друга. Жили вместе, но без обязательств, без соглашений… – Тревис чуть не оглох от смеха Слейда и сказал возмущенно: – Черт тебя побери, парень, перестань ржать!

– Они все хотят обязательств, – сказал Слейд. – Разве только ты слишком настаиваешь на обязательствах – тогда они не хотят.

Тревис поморщился.

– Слушай, о чем ты?

– Да так, ни о чем. Ну так что с этой крошкой?

– Она тебе не «крошка», – мрачно поправил Тревис. – Ее зовут Александра.

– Александра, неужели? Миленькое имя для… Погоди-ка. Дамочка, которая купила тебя на том аукционе… Ведь ее звали…

– Так что?

– Эй-эй, не бросайся на меня. Я просто удивлен, только и всего. Я хочу сказать, что дамочка приобрела тебя с явной целью…

– Думай, о чем говоришь, Слейд.

– Ну перестань, Тревис. – Слейд вздохнул. – Я просто говорю, что не было бы ничего удивительного, если бы она оказалась твоей любовницей.

– Премерзкое слово.

– А как же тогда ты ее называешь? Она ведь живет в твоем доме?

Тревис открыл рот, потом снова закрыл его, нервно провел ладонью по волосам и сказал: