Но у самой Мелани больше не было сомнений. Иногда она просто ощущала огромное чувство облегчения, сознавая, что снова свободна. И уж если она захочет вернуться в Лондон, то не для того, чтобы увидеться с Майклом.

Майкл же смотрел на эту ситуацию иначе. Он придерживался мнения, что эта ссора была всего лишь продолжением их разногласий касательно Аконита, и не усматривал ничего дурного в предпринятых им попытках. Но у Мелани просто открылись глаза на себялюбие и эгоцентризм Майкла, и все слабые сомнения, которые оставались у нее раньше, испарились от этой жестокой обиды.

Он звонил регулярно, главным образом в офис, поскольку Мелани не подходила к телефону в квартире. После одной неудачной попытки проникнуть туда он обычно приходил в офис, но Десмонд присутствовал там все время, а Майкл был не из тех людей, которые устраивают скандалы на людях. Однажды он дождался ее после работы, и встречи с ним нельзя было избежать, но к тому времени Мелани поняла, что только поговорив с ним, она сможет объяснить ему, что он напрасно тратит время.

После этого он прекратил попытки увидеться с ней, и Мелани задумалась, как он отреагирует, узнав, что она уехала из Лондона. Может быть, он займется Вирджинией Бредбери, если она ему это позволит. По всем данным, она еще молодая привлекательная женщина и наверняка обладает определенными связями, которыми он сможет воспользоваться, цинично подумала Мелани.

Погода для поездки казалась теперь не столь драматичной, как перед Рождеством. Неожиданная оттепель растопила большое количество снега, и поэтому некоторые места залило, что, впрочем, было не менее опасно. Она переночевала в Глазго и следующим утром выехала в Кейрнсайд с переполняющим ее чувством возбуждения и ожидания.

К «Черному быку» она подъехала вечером, когда серый день померк и начались сумерки. Все здесь выглядело как-то по-другому. Деревья, сбросившие снеговое одеяние, выделялись своей чернотой на фоне снеговых пятен, покрывавших склон холма. В окрестностях оставалось достаточно много снега, но дороги расчистились и площадка перед отелем была выметена и почти высохла.

Она набралась храбрости, поставила машину перед отелем и вошла, зная, что если ее не разместят здесь, то ей некуда будет податься. В Аконите нет ни света, ни отопления, да и где ей там спать? Разве что в кровати Ангуса Кейрни?

Приемный холл был пуст, и она с трепетом взялась за колокольчик на конторке и позвонила. Через пару минут дверь, которая вела в ту, очень удобную комнату за конторкой, отворилась и появилась Элен Босуэл. Ее глаза недоверчиво округлились, когда она увидела, кто приехал, и она подошла к конторке с некоторой неохотой.

– Да? – спросила она бесцеремонно.

Мелани сжала губы.

– Я хотела бы комнату. Ту, которую занимала в прошлый раз.

– Понятно. – Элен постучала лакированным ногтем по обложке регистрационной книги. – Вы надолго?

Мелани пожала плечами.

– Я точно не знаю. Это зависит от обстоятельств. А это имеет значение?

– У нас может не оказаться комнат, – резко ответила Элен, перелистывая страницы книги.

– Но в прошлый раз, когда я приезжала, вы сказали...

– Это было перед Рождеством, – возразила Элен, – я должна посмотреть.

Мелани сдержала раздражение.

– Тогда я пройду в бар и выпью что-нибудь, если можно.

– Разумеется, – равнодушно сказала Элен, и Мелани быстро прошла через маятниковые двери, ведущие в помещение бара.

Джеффри был на своем месте за стойкой и протирал стаканы. Увидев ее, он также изумился.

– Ну, здравствуйте, – приветливо воскликнул он. – Вы просто утеха для глаз!

– Я рада, что вы так думаете. – Мелани взобралась на табурет возле стойки. – Мне, пожалуйста, скотч и сухое имбирное. Кажется, мне это очень необходимо. – Она нахмурилась. – А почему вы все еще здесь? Колледжи начинают учебу в конце января.

Джеффри поднял брови, пуская в ее сторону стакан и маленькую бутылочку с имбирным.

– Да, это так. Но положение изменилось, и мне предложили остаться.

– Понимаю. – Мелани отхлебнула из стакана. – У вас все в порядке? Никто не болен, ничего ни с кем не случилось?

Джеффри снова начал полировать стаканы.

– Не совсем у нас, – сказал он задумчиво. – На самом деле это с Дженни.

– Дженни Крэйг? – Мелани пристально взглянула на него.

– Да. Вы с ней встречались, не так ли?

– Разумеется. Так что с ней?

– Ну, вы, конечно, знаете, что она вообще не слишком здорова. Я хочу сказать, всегда была болезненной. Всегда была склонна к кашлю и простуде. К такого рода хворости. Но, скажем, обстоятельства сложились так, что ей становилось все хуже. Несколько недель назад она заболела бронхитом и получила осложнение на сердце. Сейчас она прикована к постели, и дело, кажется, плохо.

– О, нет! – Мелани посмотрела на него. – Как ужасно! – Она сделала беспомощный жест рукой. – Я полагаю, твой брат сильно обеспокоен.