Дрейк подумал о том, что отец Теи чем-то похож на его отца.

– Он отправил маму в поместье, где она и родила. А потом… Он ворвался в комнату, вырвал младенца из ее рук и ушел, заявив, что она никогда больше не увидит свое дитя.

– Поэтому она похитила тебя и сбежала? Тея промолчала, и Дрейк спросил:

– Значит, поэтому ты никогда не возвращалась в Англию?

– Да.

– И теперь ты собираешься увидеться с отцом?

– Нет. Мне никогда не хотелось видеть моего отца. Я вообще не хочу иметь с ним ничего общего. Своим недоверием и жестокостью он разрушил нашу семью. Ему нет места в моем сердце.

Дрейк опустил голову, почти касаясь губами ее губ.

– А что ты скажешь обо мне? Мне есть место в твоем сердце?

Что-то промелькнуло в ее глазах. Ему показалось – страх.

– Пожалуйста, не будем больше говорить об этом. Он хотел, чтобы она призналась, что начинает его любить, но отчаяние в ее голосе поколебало его.

– Что ж, очень хорошо. Можно найти для наших губ более интересное занятие, чем пустая болтовня.

В следующее мгновение губы их слились в поцелуе, и почти тотчас же, не прерывая поцелуя, Дрейк опрокинул девушку на койку. Тея застонала и, обхватив его обеими руками, постаралась прижаться к нему как можно крепче.

Дрейку казалось, что губы ее сладкие на вкус, как имбирные леденцы, которые кухарка его дедушки каждый разделала на Рождество. Он просил у кухарки еще и еще, а она всегда предостерегала, что он от них заболеет, но этого никогда не случалось. С Теей – то же самое. Он постоянно желал ее, а когда вкушал сладость ее губ, еще больше распалялся.

Судовой колокол возвестил вторую вахту, и Дрейк со стоном оторвался от губ девушки.

– Тея, мы должны остановиться. Моя тетушка ожидает тебя к чаю.

– Я послала Мелли извиниться перед твоей тетушкой. Я сказала, что мне нужно подготовиться к прибытию в порт.

Поскольку ей понадобилось меньше двух часов, чтобы собраться в столь длительное путешествие, он понял: ее извинения просто уловка.

Она улыбнулась ему, и улыбка ее была исполнена женской тайны.

– Мелли проведет оставшиеся несколько часов со своими новыми друзьями. Прошу тебя, Дрейк, возьми меня.

Он собирался дождаться, когда они обвенчаются, но все его благие намерения сгорели дотла в пламени, бушевавшем в эти мгновения в голубых глазах Теи. Она была непредсказуема, как ветер, и он не смог устоять против желания плыть указанным ею курсом.

Мериуэзеры оказались добрейшими людьми. Они настояли, чтобы мы с Теей жили вместе с ними. Рут обожает детей, и она всегда очень переживала, что ей так и не удалось забеременеть. Эшби просил меня остаться ради его жены, потому что Тея приносит ей так много радости, а ведь Рут пришлось оставить всех своих английских друзей, чтобы отправиться с ним на этот крошечный островок.

7 сентября 1799 г. Дневник Анны Селуин, графини Лэнгли.

Дрейк поднялся на ноги, и сердце Теи чуть не разорвалось от безысходности и отчаяния. Неужели он собирался ответить «нет»? Отведя взгляд, она постаралась скрыть от него охватившее ее чувство стыда и разочарования из-за его отказа.

Услышав какой-то шорох, она украдкой взглянула на Дрейка. Оказалось, он снял галстук и уже начал расстегивать жилет! Значит, он не отказался! Он собирался выполнить ее просьбу!

Ей захотелось что-нибудь сказать, все, что угодно, только бы нарушить тягостную тишину ожидания, воцарившуюся в каюте. Она открыла рот, чтобы заговорить, но не смогла произнести ни звука – слова застряли у нее в горле, когда она увидела, как Дрейк снимает жилет.

Почувствовав, что не может просто сидеть и смотреть, Тея вскочила с койки и принялась развязывать тесемки на платье.

– Перестань!

При звуке его хриплого голоса она замерла, в испуге уставившись на него. Неужели она все неправильно поняла?

Он привлек ее к себе и заглянул ей в глаза:

– Я хочу сам тебя раздеть.

– Хорошо, – кивнула Тея. В любом случае она так сильно дрожала, что вряд ли смогла бы раздеться самостоятельно.

Она подождала, когда Дрейк снимет с себя все, кроме коротких нижних панталон, – они сильно оттопыривались там, где выпирала его возбужденная плоть, и Тея, заметив это, невольно вздрогнула. Перехватив ее взгляд, он нежно провел ладонью по ее щеке и с улыбкой проговорил:

– Мы устроены по-разному, но тебе нечего бояться. Тея судорожно сглотнула.

– Да, конечно. И это различие очень интригует меня, – добавила она неожиданно.

Дрейк негромко рассмеялся:

– Меня тоже.

Тут глаза его вдруг потемнели, и сердце Теи гулко забилось. В следующее мгновение он привлек ее к себе, вытащил шпильки из ее прически, и каштановые волосы рассыпались по плечам девушки и водопадом заструились по спине.

Дрейк с благоговением прикоснулся к ее чудесным локонам: