Тея поставила тарелку на ближайший столик и, взяв Дрейка за руку, вывела его из зала.

– Пойдем. У тебя такой расстроенный вид.

Они зашли в гостиную ее тети. Тея подошла к секретеру и провела пальцами по полированной поверхности.

– Она посылала мне рисунки. Дрейк посмотрел на нее с удивлением:

– Посылала… что?

– Рисунки. Изображения секретера и прочей мебели. – Тея окинула взглядом комнату. – Она хотела, чтобы я знала, как все это выглядит. Присылала мне много рисунков с видами Лондона. Ее загородного дома. Дома моего отца. Лордов и леди в бальных платьях. Много всего. Мне казалось, – я хорошо знаю Англию, хотя никогда здесь не была.

Тея подошла к Дрейку почти вплотную.

– Она не могла все передать в своих рисунках, как, впрочем, и в письмах. Например, она никак не могла объяснить мне, что такое густой лондонский туман, ведь там я сталкивалась только с легкой морской дымкой. Не могла описать шум просыпающихся улиц или цокот копыт по булыжной мостовой, запах Темзы или несметные толпы людей.

Тея прижала ладонь к его щеке, и Дрейк почувствовал, как в него проникает ее тепло.

– Было и еще кое-что, чего она не смогла передать в своих письмах. Нечто, чему бы я не поверила, даже если бы она попыталась объяснить.

Тея замолчала, продолжая прижимать ладонь к его щеке, и он вдруг почувствовал непреодолимое желание узнать, что она имеет в виду.

– Ты о чем? – спросил он хриплым шепотом. Она взяла его лицо в ладони. .

– О том, что люди здесь судят о тебе по вещам, не имеющим никакого значения. По одежде, которую ты носишь. По количеству красоты, которое Господь даровал твоей персоне. По обстоятельствам твоего рождения.

Она прижалась губами к его губам, и он не нашел в себе сил остановить ее. Ее слова и тон завораживали. Она поцеловала его ласково, нежно, призывно.

– Ты благородный человек. Истинный джентльмен. Мужчина, которого я с гордостью назвала своим мужем.

Затем она снова поцеловала его. Поцеловала… как-то необычно. Словно хотела запечатлеть свою уверенность в нем на его губах. В следующее мгновение он крепко обнял ее и страстно ответил на поцелуй.

Дрейк целовал жену снова и снова, пока они оба не запылали от страсти. Сообразив, что если они не остановятся, то это может закончиться скандалом, Пирсон наконец отстранился.

– Мы должны вернуться на праздник, прежде чем наше отсутствие заметят.

– Можно подумать, все только и ждут, когда мы исчезнем.

– Нет, конечно. Тея нахмурилась:

– Позволь угадать – еще одно светское правило? Ее решительный тон рассмешил его.

– Со временем узнаешь.

– Я предупреждала тебя, что не стремлюсь стать образцовой светской дамой. Помнишь?

– Помню.

– Спасибо тебе, – сказала она. Ее слова застали его врасплох.

– За что? За поцелуй? Уверяю тебя, я получил огромное удовольствие.

– За то, что женился на мне. Неожиданный ответ. Это было уже слишком.

– Как ты можешь благодарить меня после всего, что тебе пришлось пережить с этими двумя юными леди возле стола с закусками? Выйдя за меня, ты стала мишенью для подобных атак.

Она кивнула, словно получила подтверждение своим догадкам.

– Я так и думала, что ты мог услышать. Ты так странно выглядел, когда я тебя увидела. Не так самоуверенно, можно даже сказать, высокомерно, как обычно. – Открытость и искренность светились в ее взгляде. – Дело в том, что я терпеть не могу лицемеров. Я была бы очень разочарована, если бы мне пришлось тратить время на общение с кем-то только для того, чтобы узнать, что они пустые и подлые люди. Мой брак с тобой позволит быстро высветить эти пороки в тех, с кем я встречаюсь. Это еще одно преимущество, которое я не учитывала.

Он не знал, что и сказать. Не могла же она и впрямь рассматривать свой брак в таком свете. И тем не менее она была полностью уверена в том, что говорила. Заключая ее в объятия, он решил во всем доверять ей.

Они отсутствовали на свадебном приеме еще в течение часа.

Когда они наконец вернулись, тетушка Дрейка набросилась на них с упреками:

– Где это вы пропадали, озорники? Все спрашивали о вас, и мне пришлось изворачиваться, будто я видела вас то там, то тут.

Окинув многозначительным взглядом наспех расчесанную пальцами шевелюру Дрейка, она сказала:

– Полагаю, что раз уж тебе не терпелось дождаться брачной ночи, то по крайней мере ты мог бы проявить здравый смысл и побеспокоиться о своем внешнем виде.

Тея весело улыбнулась, когда ее тридцатилетний муж, властный корабельный магнат, по-мальчишески виновато покраснел под укоризненным взглядом своей тетушки.

Она отпустила его руку:

– Иди, Пирсон, приведи себя в порядок. Заметь, твоя тетя не нашла ничего предосудительного в моей внешности.

Дрейк подчинился и вышел. Леди Бойл обернулась к Tee: