Он с трудом перевел дыхание.

– Я считал, что тебе следует примириться со своим отцом. Но поверь, я женился на тебе вовсе не для того, чтобы исполнить свое тайное желание и что-то доказать моему отцу.

Она не выдержала его взгляда и опустила глаза.

– Я не говорила, что это желание тайное.

Он взял ее за подбородок и заглянул ей в глаза.

– Ты думаешь, я хотел твоего примирения с отцом только для того, чтобы все узнали, что ты – дочь графа?

– Да, именно так я и думаю.

Дрейк со вздохом откинулся на спинку сиденья, и лицо его утратило всякое выражение.

– Я знаю, почему женился на тебе. И думал, что ты тоже знаешь. По-видимому, я ошибался.

– Полагаю, что моя половина «Мериуэзер шиллинг» – неплохое приданое, разве нет? – выпалила Тея в отчаянии.

– Считай, что так, если тебе угодно.

Он отмахнулся от ее слов с холодным безразличием, и ей захотелось разрыдаться. Ей было необходимо, чтобы Дрейк убедил ее в том, что она ошибается. Хотелось, чтобы он доказал, что женился на ней совсем по другой причине, а не по расчету.

Но муж, погрузившись в свои мысли, провел весь остаток пути в молчании. Когда же карета остановилась перед его особняком, Дрейк помог ей выбраться наружу и тут же отступил на шаг.

Тея тихонько вздохнула. Куда же исчезла та близость, которая установилась между ними в гостиной ее тетушки? Увы, она вынуждена была признать, что нынешняя холодность мужа – исключительно ее, Теи, заслуга. Ведь не Дрейк обвинил ее в неблаговидных побуждениях, а она его.

Снова вздохнув, Тея последовала за мужем, уже входившим в дом. В холле он представил жену прислуге, приказал экономке показать ей ее комнату и тотчас же куда-то ушел.

К обеду Дрейк не появился, и Тея поняла, что он покинул дом. Он не вернулся и к полуночи, и она, перестав его ждать, стала готовиться ко сну.

Хотя Тея ужасно устала, ей никак не удавалось заснуть. «Что ж, ничего удивительного, – думала она. – Слишком много впечатлений за один день…»

Сегодня она впервые в жизни встретилась со своим отцом. Оказалось, что он не был похож на чудовище, потому что и не был таковым. Больше всего ее удивили та ранимость и уязвимость, которые она увидела в его глазах, когда говорила о своей матери. Словно в душе его жила незаживающая рана.

Беспокоясь за нее, Дрейк поспешно увез ее из особняка леди Бойл, прежде чем ей представился случай узнать, приехал ли на свадьбу вместе с графом Лэнгли ее брат. Был ли он там? Мысль о том, что она находилась совсем рядом с братом, но так и не встретилась с ним, не давала ей покоя.

И конечно же, ее ужасно огорчил разговор с Дрейком в карете. Она снова и снова вспоминала этот их разговор и все больше злилась на мужа. Когда же она вспомнила ужасные обвинения, высказанные ею в лицо Дрейку, ей сделалось очень не по себе.

Тот факт, что Дрейк собирался найти себе образцовую жену из высшего общества, ровным счетом ничего не значил. Как он и сказал, он выбрал именно ее, Алтею Селуин, – а ведь никто не смог бы упрекнуть ее в том, что она является образцом благопристойности. Выходит, что ее обвинения нанесли Дрейку жестокий удар. Да, она оскорбила этого человека, хотя он, судя по всему, ни в чем не виноват.

Тея содрогнулась, осознав свою бессмысленную жестокость.

Даже если у него и были тайные мотивы уговаривать ее наладить отношения с отцом, Дрейк мог сам не сознавать этого, и ее обвинения больно ранили его. Кроме того, он ясно высказал свои намерения еще на борту корабля, то есть задолго до того, как узнал, что она – дочь графа.

Тея перевернулась в постели и принялась колотить кулаками подушку, пытаясь избавиться от невыносимого чувства вины.

Что, если он не сможет простить ее? Неужели она погубила свой брак острым языком и несправедливыми обвинениями? И ведь уже не в первый раз она наносит такой жестокий удар по его гордости. Разве сможет она когда-нибудь забыть выражение боли на его лице, когда он, обнаженный, опустился перед ней на колени и попросил ее руки, а она грубо отказала ему?

Тогда она считала, что права, отказывая ему, не уступая его желаниям – или своим собственным. И все же Дрейк продолжал упорствовать. Он хотел поступить справедливо по отношению к ней и ребенку, которому они, возможно, уже подарили жизнь.

Он также помогал ей в расследовании, как и обещал, отправив людей наблюдать за дядей Эшби и лондонским пакгаузом. Не заботясь о том, что это расследование отвлекает его от собственных дел, он старался выявить вора, словно это было для него делом чести.

И вот после всего этого она посмела заявить, что он женился на ней из-за ее происхождения и принадлежащей ей половины «Мериуэзер шиппинг»! Господи, какая глупость! Ведь Дрейк и сам был богат, а родство с ее отцом вряд ли улучшит его положение в обществе. Следовательно, женившись на ней, он не получил никакой выгоды.