— Сэр Вальтер, как я полагаю? — спросил инспектор Деллард, не давая хозяину дома представиться самому. Его прямота выдала его военную принадлежность.

— Верно, — подтвердил сэр Вальтер и приблизился со скептическим взглядом. — А с кем я имею честь беседовать?

Деллард молодцевато поклонился.

— Чарльз Деллард, инспектор с государственными поручениями, — представился себя он. — Меня прислали, чтобы расследовать происшествия в библиотеке в Келсо.

Сэр Вальтер и его племянник обменялись удивленными взглядами.

— Должен признать, — сказал на это хозяин Абботсфорда, — что я так же удивлен, как и польщен. Во-первых, я не осмеливался надеяться, что сюда пришлют инспектора правительства, чтобы расследовать этот случай. Во-вторых, мне не доложили о вашем прибытии.

— За это я прошу меня простить, — ответил Деллард. Требовательный, заносчивый тон исчез, голос инспектора выражал только всяческое усердие. — К сожалению, совершенно не оставалось времени, чтобы предупредить вас о моем приезде. Если мы хотим выяснить, что произошло в Келсо, то нам нельзя терять ни минуты.

— Это, конечно, входит в наши планы, — подтвердил сэр Вальтер. — Могу ли я представить вам моего племянника Квентина, инспектор? Он — свидетель. Единственный, кто видел закутанного в плащ человека.

— Я ознакомился с делом, — ответил Деллард и слегка поклонился. — Вы чрезвычайно храбрый молодой человек, мастер Квентин.

— С-спасибо, инспектор, — Квентин залился краской. — Но я боюсь, что не заслужил вашей похвалы. Когда я увидел закутанного в плащ человека, я спасся бегством и упал в обморок.

— Каждый поступает согласно своим способностям, — ответил Деллард с самодовольной ухмылкой. — Все же вы мой самый важный свидетель. Вы должны мне подробно описать все, что видели. Каждая, пусть даже самая малая деталь, может помочь разоблачить преступника.

— Итак, вы придерживаетесь того мнения, что все же произошло убийство? — спросил сэр Вальтер.

— Только слепой идиот с криминальными задатками осла мог это серьезно отрицать, — сказал инспектор, бросая строгий косой взгляд на Слокомбе.

— Но, сэр, — защищался шериф, у которого лицо залилось от стыда краской. — Если не считать высказываний молодого мастера, нет ни одной улики, указывающей на убийцу.

— Это совершенно неверно, — возразил сэр Вальтер. — Вы забываете про нитки, которые были найдены на трупе Джонатана.

— Но каков мотив? — поинтересовался Слокомбе. — Каков мотив убийцы? Почему кто-то должен был пробраться в библиотеку Драйбурга и убить беззащитного студента? И почему этот кто-то должен был устроить поджог здания?

— Возможно, чтобы замести следы?

Квентин сказал совершенно тихо, но теперь все обратили на него свои глаза.

— Да, молодой человек? — спросил Деллард с изучающим взглядом. — У вас есть подозрения?

— Ну, я… — племянник сэра Вальтера откашлялся. Ему было непривычно говорить перед таким большим количеством людей, к тому же еще и представителей закона. — Я думаю, что не все понимаю в этих вещах, — сказал он, — но незадолго до того, как появился человек в темном плаще, я кое-что обнаружил в библиотеке. Это был некий знак.

— Знак? — Деллард высоко поднял брови.

— Он выглядел довольно непривычно и был вырезан на половой доске. Когда я внимательно рассмотрел полку над ней, я обнаружил, что не хватает одной книги. Возможно, ее украли.

— И вы полагаете, что кто-то пошел на два убийства, только чтобы заполучить старую книгу? — едко спросил Слокомбе.

— Ну, да, я…

— Боюсь, на этот раз я должен согласиться с нашим доблестным шерифом, — сказал Деллард с извиняющейся улыбочкой. — Таинственный знак и исчезнувшая книга не кажутся мне достаточным основанием для убийства, тем более для двух.

— С позволения сказать. — Сэр Вальтер покачал головой. — Это все, что у нас есть.

— Может быть. Но я также исхожу из того, что при расследовании могут появиться новые улики. С исчезнувшей книгой вряд ли связаны события в библиотеке.

— Что дает вам такую уверенность?

Деллард заколебался на какое-то мгновение, потом снова ни к чему не обязывающая улыбка появилась у него на лице.

— Я прошу вас, сэр Вальтер. Я знаю, что вы человек, который зарабатывает свой хлеб сочинением историй, и я испытывают глубокое уважение перед вашим искусством. Но я прошу понять и меня. Я должен придерживаться в моих расследованиях только фактов.