Она едва заметно, одними уголками губ, улыбнулась, посмотрела в окно и заметила:

— Какая погода, просто ужас… Этот ветер, неизвестно откуда налетевший… Дождь и снег, просто — сплошной катаклизм природный…

— Да, ветер поднялся внезапно, — согласилась Лора. — Я даже испугалась, что будет ураган.

— Вряд ли… Вот ведь какая странность, Лорочка, я, как поэт, просто обязана любить вот такие стихийные беснования, а я люблю тихую, ясную погоду.

Она тихонечко рассмеялась и посмотрела Лоре прямо в глаза, с непонятной лукавой усмешкой, у Лоры похолодело в районе солнечного сплетения, как всегда, когда она пугалась чего-то неведомого и непонятного. «Точно мысли мои прочитала», — подумала она.

— Да мало найдется людей, которым нравится такая непогодь, — проговорила она. — Это надо быть Байроном каким-нибудь…

— А я иногда думаю, что и Байрон бы соврал, утверждая, что ему это нравится. Все-таки он с большим удовольствием потягивал вино возле камина, укрыв колени пледом, этот ваш Байрон, — усмехнулась Вера Анатольевна. — А для публики всякие небылицы про себя сочинял. Люблю бурю, ураганы, и вообще я демоническая личность, как же…

Она коротко рассмеялась.

— Как ваши дела? — вежливо поинтересовалась Лора. — Как пьеса?

— Пишется, — ответила Вера Анатольевна. — Я ведь увлекаюсь, Лорочка, и сама становлюсь героиней. А героиня у меня юная, так что… — Она снова засмеялась. — Считай, я, как ведьма, напитываюсь жизненной силой вымышленного персонажа. Да что я тебе буду рассказывать — ты сама знаешь… Андрей ведь тоже кровью персонажей питается.

— Нет, у него как-то по-другому. Он скорее теряет силы, когда пишет. Отдает свои. Он иногда выходит бледный, измученный. Как будто его герои выпивают у него кровь.

Вера Анатольевна вскинула брови и посмотрела на Лору, как той показалось, неодобрительно. Лора даже невольно смутилась — надо было соглашаться, кто ее за язык тянул с Андреем? И почему вдруг она сейчас испытала к Андрею эту нежность и невольное желание защитить его и — противопоставить Вере?

— У каждого по-своему, — пробормотала она едва слышно, точно извиняясь за свой порыв.

Вера Анатольевна ее поняла. Улыбнулась ободряюще, погладила по руке.

— Так что у тебя случилось, детка?

«И с кем? С Андреем или с Димочкой?» Вера Анатольевна по дальнейшем размышлении все-таки склонилась, что Лорина «нервенная горячка» касается второго героя. Андрей вряд ли был способен причинить Лоре беспокойство. Разве что эта маленькая гадина задумала от него избавиться и пришла к Вере за советом — какой яд лучше использовать.

Лора покраснела и, пряча глаза, пробормотала:

— Да ничего не случилось…

— Да брось, девочка, я же вижу…

Вера Анатольевна накрыла Лорину руку своей ладонью и посмотрела ей в глаза.

— Я помню твою маму, девочка, — мягко сказала она. — Она поручила тебя моей заботе. Мы же были подругами с Леночкой.

— Да, я… Я помню.

Лора постаралась посмотреть в эти пронзительные глаза спокойно.

— Но… в самом деле, ничего не случилось. Может быть, одни только мои фантазии…

Сейчас Лоре и самой казалось, что это — только ее фантазии. Все себе придумала и так в это поверила, что примчалась сюда. Зачем?

Она сама себе казалась смешной и нелепой.

— Ну, сейчас мы посмотрим, фантазии ли это, — рассмеялась Вера Анатольевна.

Она убрала со столика чашки и вытерла его сверкающую поверхность тщательно, насухо. Достала карты.

— Только не Таро, — взмолилась Лора. — Мне почему-то было плохо в прошлый раз…

Вера Анатольевна приподняла вопросительно брови, взглянула на Лору, пожала плечами и коротко засмеялась.

— Лорочка, девочка, ты слишком серьезно к этому относишься… Так нельзя. Ну хорошо. Давай на простых.

— Правда, Вера Анатольевна, я и сама не знаю, может быть, это было совпадение, но…

Она до сих пор помнила, как тогда ей было плохо, как болело сердце, и она думала, что не доживет до утра. С тех пор она пообещала никогда не прикасаться к этим странным картам. И начала бояться их особенно, когда Андрей заметил в какой-то беседе с друзьями, что эти карты Таро нарисованы самим дьяволом и поэтому человеку, за душу которого идет борьба, лучше до них не дотрагиваться. Кажется, тогда он рассказывал сюжет своего нового сценария. Конечно, это был его вымысел, но — Лоре вспомнилось тогда ее странное недомогание, и стало страшно.

— Да конечно же совпадение, но — как хочешь…

Вера Анатольевна тасовала карты. «В принципе, так даже лучше, — думала она, уже уверив себя, что дело касается Димы. — Таро трудно использовать в своих интересах, даже с такими молодыми дурочками, как Лора. Они говорят сами. А обычные…» Она чуть не рассмеялась. Даже в беспечной и наивной юности она, научившись нехитрому искусству гадания от своей бабки-цыганки, знала разницу между этими, нарисованными рукой человека, и теми…

Она быстро и умело перетасовала карты.