Девушка бережно взяла его и медленно развернула. Внутри лежал какой-то засохший цветок. Его лепестки сморщились и потемнели. Вглядевшись повнимательнее, Катриона изумленно посмотрела на Мэри.

— Так вот он какой, белый вереск… — произнесла она тихим от волнения голосом.

— Да, девочка моя, — улыбнулась Мэри. — Это fraoich geal. Теперь он потемнел от времени и высох, но когда я в твоем возрасте нашла его, цветок был бел и нежен, как первый снег, — Дотронувшись до руки дочери, Мэри серьезно посмотрела на нее. — Ты должна внимательно выслушать меня, Катриона. Это необычное растение. Его лепестки обладают волшебной силой. Ты должна взять вереск и в ночь полнолуния направиться с молодым герцогом к Линнангласу.

— К озеру Лох-Линнанглас? — переспросила Катриона. Мэри кивнула, глаза ее были широко открыты.

— Да. На берегу озера ты разотрешь лепестки в ладони, а потом распылишь их над головой господина. Их разнесет исцеляющий ветер, посланный полной луной. А потом герцог должен войти в озеро. Волшебные воды Линнангласа вернут ему зрение. — Крепко сжав пальцы дочери, Мэри добавила: — Но ты должна войти в озеро вместе с ним. Для того, чтобы он прозрел, иначе все будет потеряно.

Поначалу Катриона засомневалась, но чем дольше говорила Мэри, тем сильнее становилась ее уверенность в том, что древнее волшебство сможет принести пользу Роберту. Ведь легенды о белом вереске она слышала еще девочкой.

Мэри казалось, что она читает мысли Катрионы: «Если только в древнем поверье есть доля правды, то, может быть…»

— А что, если я не смогу уговорить Роберта войти в озеро? — спросила девушка.

Мэри лишь покачала головой.

— Ты должна это сделать, дочка. Должна. Лишь в этом случае сила белого вереска поможет ему. Только он ничего не должен знать, иначе волшебства не получится, и герцог останется слепым. Тогда все твои усилия пойдут прахом.

Катриона бережно держала в руках засохший цветок, словно это было дорогое золотое украшение. Потом она осторожно завернула цветок в тряпицу и посмотрела в глаза матери — своими глазами, напоминавшими цвет ночных волн и так похожими на глаза другой девушки, однажды слушавшей историю Мэри… Той девушкой была ее настоящая мать — леди Кэтрин.

— Я сделаю это, — наконец заявила она.

Держа в руках крохотный сверток, Катриона вышла из дома. Мэри молча посмотрела ей вслед. Перед девушкой стоит нелегкая задача — мало того, что ей нужно завлечь герцога ночью к озеру, так она еще должна уговорить его войти в холодную воду. Мэри улыбнулась: ей опять показалось, что она читает мысли дочери.

Впрочем, Мэри не сомневалась, что девушка найдет выход из положения. Уж если девочке что взбредет в голову, она своего добьется. В этом она была точной копией своей матери.

Об этом девушке тоже суждено узнать в один прекрасный день, но не раньше, чем герцог возьмет на себя заботу о ней, потому что пока она оставалась дочерью простого фермера.

Удивительно, что Катриона, оказывается, была того же мнения, вспомнила Мэри слова дочери. Девушка хотела, чтобы герцог сам сказал ей о своих чувствах к ней. Сказал, увидев ее. А до тех пор Катрионе не следует знать правду о своем происхождении. Но Мэри недолго осталось хранить тайну.

Мэри вспомнила, каким огнем загорелись глаза девушки, когда она увидела вереск. Ведь с тех пор как впервые услыхала о нем, Катриона не оставляла надежды найти легендарный шотландский цветок.

А если бы в шкатулке было что-то другое, оставленное Мэри ее бабушкой, Катриона, пожалуй, ни за что не поверила бы в слова матери. И это нравилось Мэри: Катриона по-настоящему любила все таинственное и волшебное.

Собственно, для девушки оживает одна из волшебных сказок, которые она так любила читать в библиотеке Россмори. Молодой человек и девушка едут ночью по сонному лесу к темному озеру. Слова уже не нужны, они лишние… Грядущее неизбежно…

Даже сама луна в Шотландии необычна и волшебна. В ее лучах порошок, полученный из высушенного белого вереска, обретает волшебную силу.

Мэри верила в это.

— Ну что, детка, ты пришла сказать мне, что нашла книгу, которая приведет нас к сокровищам?

Старый полковник поджидал Катриону возле домика. Перед его стулом, как всегда, стояла большая бутылка виски, а сам он курил старую глиняную трубку.

— Боюсь, мне нечем порадовать вас, полковник, — пожала плечами Катриона.

Полковник внимательно поглядел на нее.

— Ты не приходила несколько дней, и я было подумал, что ты уже нашла то, что мы ищем, и отправилась на поиски сокровищ, — проговорил он.

Катриона почесала Мэтти за ушком.

— Вообще-то в последние дни у меня не было возможности рыться в библиотеке, — призналась она.

— Не было возможности, говоришь? — возмутился полковник. — Детка, как же так? Мне ведь известно, что ты ходишь в замок каждый день! И если ты не пытаешься напугать молодого господина и не перебираешь книги, то что же ты там вообще делаешь?

Катриона смущенно поглядела на него. Временами девушка спрашивала себя, не обладает ли полковник каким-то удивительным даром, который позволяет ему узнавать, чем занимаются окружающие. Казалось, он знал все обо всех.