Дант прервался. В последний момент он решил не пояснять, зачем именно ему понадобился врач, ибо после этого пришлось бы сказать о том, что он поселил у себя в доме молодую незамужнюю женщину. А считалось, что опасность бесчестия угрожает любой даме связавшейся с графом-повесой, вне зависимости от того, кто она такая и насколько он благороден. Словом, Дант решил не говорить всей правды.

— Моему кучеру пришлось остановиться на дороге при въезде в один поселок. Проезд был загорожен настоящей баррикадой.

Девоншир со знанием дела кивнул:

— Эйам. Мне известно их тяжелое положение.

— Мне тоже. По-моему, жители поселка поступили исключительно благородно и самоотверженно, решив не пускать страшную болезнь по белу свету. Сами они жестоко платят за свою храбрость жизнями многих близких.

— Священник Момпессон воистину человек будущего. Если хотя бы половина зараженных в Англии организовали подобный режим карантина, чума не выкосила бы уже почти треть населения всей страны.

Дант был поражен:

— Треть, вы говорите?

— Да, и это только официально известные цифры. Но многие отказываются признаваться в том, что больны, опасаясь преследований. Так что одному только Богу известно, сколько у нас на самом деле погибло.

— Вот мы и подходим к цели нашей встречи, милорд. Люди из Эйама сказали мне, что вы помогаете им не умереть с голоду, поставляя запасы продовольствия. Я тоже послал им кое-что из Уайлдвуда, но чувствую, что этого недостаточно. Ведь им нужно покупать ткани на одежду, сало для свечей, уголь для обогрева своих домов. Все это стоит денег.

Девоншир выпрямился, в глазах его появился интерес.

— Что вы предлагаете, Морган? Дант решил сразу перейти к делу:

— Мой отец владел вместе с вами на паях одной мельницей в Калвере, не так ли?

— Верно… — Девоншир подался вперед, и было видно, что он весь внимание.

— Как мне помнится, за несколько лет до его смерти вы предлагали ему продать вам свою долю, но он отказался.

— Он был упрямым человеком, ваш отец.

— Вот именно, милорд. Но я не таков. Недавно я навел кое-какие справки относительно этого предприятия, и мне стало известно, что за те три года, что я отсутствовал, дело еще расширилось и в настоящий момент процветает.

— В прошлом году пришлось сделать ремонт, но в остальном все так, как вы говорите….

— Вы все еще заинтересованы в том, чтобы приобрести долю Морганов?

Лорд Девоншир внимательно посмотрел на Данта.

— Я упрашивал вашего отца в течение почти десяти лет продать мне свой пай, но он отвечал отказом на каждое мое предложение. И дело было не в деньгах, конечно. Для него, как я понял, это было что-то вроде игры.

— Это вы верно заметили, милорд. — Дант улыбнулся. — Как-то его адвокат рассказал мне, что отец смотрел на это как на партию в шахматы. Разве что только доска была побольше.

Девоншир кивнул.

— Так почему же вы вдруг захотели продать мне вашу долю? Вам нужны наличные? Задолжали кому-то?

— Напротив, милорд. Разобравшись в деловых бумагах, я понял, что весьма неплохо обеспечен. Дела в мое отсутствие шли на удивление хорошо.

— У вас работают честные люди.

— Платите им по труду, и они не подведут вас. Так любил говаривать мой отец.

— Он был неглуп, что весьма важно для делового человека. Но вы меня заинтриговали еще больше, Морган. Зачем вы хотите лишиться столь прибыльного предприятия, как мельница в Калвере?

— Скажем так, я просто хочу навести порядок в своих запутанных делах.

С этими словами Дант достал из кармана камзола бумагу и передал ее лорду Девонширскому.

— Полагаю, вам эта сумма покажется разумной. Девоншир внимательно прочитал написанное.

Потом он посмотрел на Данта. Лицо его ничего не выражало. Наконец он проговорил:

— Я напишу своему адвокату в Лондон и распоряжусь, чтобы деньги были немедленно переведены на ваш счет.

— Вот в связи с этим я и хотел бы поставить свое единственное условие, милорд, — сказал Дант. — Я хочу, чтобы вы его выслушали и рассмотрели прежде, чем мы заключим с вами эту сделку.

— Что за условие?

— Переводить деньги на меня не нужно. Вместо этого я хочу, чтобы вы положили их на особый счет и снимать их оттуда могли только жители Эйама. Теперь, я хочу, чтобы с моей стороны сделка была анонимной. Я вам вполне доверяю, милорд, и поэтому передаю надзор за этими деньгами. Полагаю, вы проследите за тем, чтобы они тратились так как нужно. Мой отец всегда говорил мне, что вы честный и порядочный человек, милорд. Хотя и упрямый.

Девоншир с улыбкой допил свой эль, потом поднялся из-за стола и пожал Данту руку.