Душок на ругань не реагировал, тяжело перекатывая в голове булыжники мыслей. Какого хрена? И адрес тот, и фамилия у мудака та же… Не заказывал!..

И баба дома…

Душок успел подхватить в очередной раз споткнувшуюся Наташку:

– Осторожнее ноги ставь!

– Ноги? Тут раком ползти нужно, чтобы не навернуться! – Наташка сплюнула. – Темень, как у негра в заднице, блин!

Душок снова промолчал.

Нужно будет разобраться, чего это диспетчер напутал. Козел. Если это он ошибся – будет битый. Пехом на восьмой этаж переться! Козел.

Или это мужик соврал? Типа, заказал девочку, а тут жена приехала. Бывает.

Дверь подъезда открылась со скрипом, Душок огляделся. Наташка, воспользовавшись паузой, достала из сумочки сигарету и закурила.

Сегодняшний водила, Ерема, машину поставил на стоянке метрах в пятидесяти от подъезда. И кемарит, наверное, не глядя по сторонам. Вон, даже фары не горят.

Душок свистнул, эхо отразилось от стоящих квадратом домов.

– Спит, сука, – сказал Душок.

– Пошли, разбудим, – предложила Наташка, затягиваясь сигаретой.

– Пошли, – Душок потянулся, хрустнув суставами.

Ерема сейчас схлопочет, решил Душок, должен же кто-то сейчас схлопотать по хлебалу. Сто раз сказано было козлу, что нужно следить за подъездом на случай ментов или другой какой неприятности. Следить, а если нужно – и подписаться в разборку. Мудак.

Душок ускорил шаг, Наташка запротестовала невнятно, но Душок на это внимания не обратил. Догонит, шалава.

Подойдя к машине, Душок хлопнул ладонью по капоту, но Ерема, видать, совсем вырубился, не отреагировал на такое вопиющее неуважение к тачке.

– Просыпайся, козел! – гаркнул Душок, распахивая дверцу.

Свет в салоне не зажегся, что-то темное мешком сползло к ногам Душка с водительского места.

– Твою мать! – Душок инстинктивно наклонился, подхватывая тело.

Что это мертвое тело, он сообразил только на второй секунде, попытался оттолкнуть труп и выпрямиться, но успел только первое. Рядом с ним вдруг шевельнулась темнота, и провела чем-то раскаленным по горлу.

Душок всхлипнул и упал на колени. Темнота полыхнула беззвучно, слепящая вспышка поглотила все вокруг: машину, дома, деревья, ночь… Умирая, Душок почувствовал, что и его самого сожгла эта вспышка.

Наташка не заметила почти ничего. Дверца щелкнула замком, что-то просипел Душок, словно лишившись речи. Показалось, будто что-то тяжело упало.

Вытащил Ерему из машины, подумала Наташка, теперь отмудохает немного…

– Ты там не очень… – сказала Наташка и осеклась, когда кто-то резко шагнул к ней навстречу. – Чего?..

И умерла. Умерла еще до того, как тело ее упало на асфальт. Ей повезло – не успела даже испугаться…

…-Что с тобой? Шатов!

– Ничего, – простонал Шатов.

Он стоял в коридоре, упершись руками в стену, а Вита стояла рядом, гладя его по щекам.

– Тебе плохо?

– Не повезло тебе с мужиком, Вита, – Шатов прислонился к стене спиной, – достался какой-то припадочный.

– Пойдем, ляжешь.

– Сейчас, – Шатов взглянул на свои руки, – трясутся…

– Все пройдет, тебе нужно лечь, – Вита схватила руки Шатова в свои, сжала, словно пытаясь унять их дрожь, – пойдем, все будет хорошо.

– Нет. Не будет, – Шатов сел на пол, – не будет. Будет только хуже. Гораздо хуже.

– Что с тобой, Женя? – Вита стала на колени возле Шатова.

– Пока – ничего. Пока я просто схожу с ума. Пока я просто еду крышей. Сегодня. А ты завтра едешь за границу.

– Ну, миленький, ну, хорошенький, – жалобным голосом попросила Вита, – ну пожалуйста…

– Помоги добраться к телефону, – Шатов попытался встать, и Вита подхватила его под руку.

Нужно добраться до телефона – эта мысль пришла в голову разом, отбросив в сторону все возможные сомнения. Позвонить Хорунжему. Позвонить Хорунжему и рассказать о…

О чем? О странном визите? С этим можно подождать до утра. О трех трупах возле дома? А с чего он взял, что возле дома три трупа? С чего он вообще решил, что совершено убийство? Привиделось?

Ну и что? У тебя, Евгений Шатов, сегодня был слишком напряженный день. Ты сегодня ничего не жрал с самого утра. Ты сегодня узнал, что жив человек, которого ты считал мертвым. Ты сегодня…

У него уже было такое, тогда, ночью в лесу. Когда вдруг реальность сменилась бредом. Когда он, оставаясь Шатовым, почувствовал себя одновременно и Драконом и его жертвой, увидел то, чего не мог видеть.