— Должен оказать услугу другу. Помочь Лизе Гордо покинуть это место.

Ее глаза метнули в меня молнию, а тело напряглось от гнева.

— Если ты считаешь...

— Успокойся, дорогая. Мне нужно вывести из себя Руссо Сабина. Чем больше у них будет неприятностей, тем быстрее они сдадутся.

Только дисциплина, к которой ее приучили в академии, помешала Ким швырнуть в меня что-нибудь увесистое. Я подарил ей любезную улыбку, воздушный поцелуй и был таков.

Анджело был рад услужить мне. Он сфотографировал Лизу камерой «Минокс» прямо в ее номере и пообещал изготовить вполне сносный паспорт через несколько часов, после чего удалился, предупредив, что сеньор Сабин распорядился установить охрану вокруг всего отеля, отдав приказ задержать меня, Ким или Лизу, если мы попытаемся ускользнуть.

Лиза сидела напротив меня в большом кресле. Она переоделась в платье из какой-то блестящей серебристой материи, оно облегало ее фигуру словно вторая кожа, но под ним, казалось, была не трепещущая женщина, а безжизненный манекен. Надежда медленно покидала Лизу. Ее глаза, теперь сухие, были тусклыми.

— Теперь нет никакого смысла даже пытаться, не правда ли?

Я вытащил из кармана пачку денег и вручил ей.

— Не надо так легко сдаваться. Вырваться из этого места не так уж трудно, и мы хорошенько потрясем команду Сабина. Ты улетишь отсюда, если будешь не бояться, а делать то, что я скажу. Черт побери, ведь ты еще жива.

Она едва заметно улыбнулась:

— Да... это правда.

— И ведь это не первая переделка, в которую ты попала.

На этот раз Лиза рассмеялась по-настоящему:

— О, больше чем правда. Я бы хотела узнать, зачем тебе все это.

— Это отвлекающий маневр, Лиза. Ты поможешь мне расколоть силы врага. В истории есть немало примеров тому, как из-за женщины падали правительства.

— А что ты получишь от этого, Морган?

— Если тебе на самом деле интересно, просмотри, когда у тебя появится время, какие-нибудь старые газеты. Будет интересно. Я в своем роде уникальный тип. Возможно, единственный, кому под силу подобные проекты.

— Морган... — Лиза встала из кресла, мягко шурша платьем. — Какой бы ты ни был на самом деле, я по-прежнему у тебя в долгу.

Ее руки скользнули вокруг моей шеи, она призывно провела языком по своим губам и поцеловала меня. В ней уже не оставалось ничего от статичности манекена. Она дрожала в моих объятиях, а когда я впился пальцами в гладкую кожу ее плеч, застонала, не прерывая поцелуя, и, нащупав мою руку, прижала к напрягшимся грудям — ее тело гибко изогнулось, чтобы слиться с моим.

Я отстранил ее и провел ладонью по ее щеке.

— Нет, детка.

Ее глаза пытались переубедить меня.

— Почему?

— Потому что мы не можем позволить себе расслабиться. Только забудься на минуту, и ты уже мертвец.

— Ты негодяй, Морган. — И все же Лиза улыбнулась, поняв, что я имею в виду. — Но я не позволю тебе уйти от меня, ты это знаешь.

Я кивнул:

— Знаю. Как-нибудь... в другое время, в другом месте.

— Но нам не придется долго ждать, — добавила она.

Я вошел в свой номер и запер за собой дверь. Радио выдавало жгучее фламенко, которое оборвалось, уступив место очередному жизнерадостному прогнозу погоды местной правительственной радиостанции, в котором подчеркивалось отсутствие необходимости столь панического массового отъезда.

Ким сидела так неподвижно на краешке дивана в тени, что я не сразу заметил ее. Было что-то странное в том, как она смотрела на меня, пока я наливал себе выпить, — не шевелилась, только глаза следили за моими движениями. Перед ней на стеклянном столике лежали три пятисотдолларовые бумажки.

Я подошел, глядя на нее сверху вниз.

— В чем дело? Я не так долго отсутствовал, чтобы пройти по маршруту дельта-фактора.

Ким не отрывала взгляда от моего лица.

— Мы снова вернулись к икс-фактору, Морган. — Ее голос был совершенно ледяным. — Посмотри на эти деньги.

Я нахмурился, но все же отставил стакан и внимательно изучил купюры. Добрая американская валюта.

— Что в них особенного?

— Это часть тех денег, которые ты здесь оставил. Откуда они у тебя?

— Откуда, черт побери, мне знать? — Я швырнул их назад, раздраженный ее тоном. — Либо я получил их через банк в Майами, либо выиграл внизу, в казино.

— Но у тебя были и собственные деньги, не так ли?

— Немного. А что такого?

— Немного или очень много, Морган? Может, целая куча денег, которую ты мог потратить здесь без опасения быть пойманным?

— О чем ты говоришь?

— По номерам серий они совпадают с теми сорока миллионами, которые ты украл.

— Послушай... — начал я.

Ким покачала головой с холодным и укоряющим выражением.

— А я только было подумала... — Она поднялась, тяжело взглянула на меня и добавила: — Впрочем, это не важно.