Лео явственно услышала свой собственный голос:

– Женитесь на мне, и я выдам вам этот проклятый грант.

Последовала ужасающая тишина. Зачем я это сказала? Должно быть, я сошла с ума.

Эмир закинул голову и громко рассмеялся. Лео не могла в это поверить. Она все еще находилась под впечатлением вырвавшихся глупых слов. А он смеялся. В этот момент она окончательно возненавидела Эмира и попыталась взять свои слова обратно:

– Это было неуместно с моей стороны. Извините. Я не имела в виду…

Эмир проигнорировал се сбивчивые объяснения и спокойно сказал:

– Будьте осторожнее со своими желаниями. Они могут исполниться.

– Желаниями? Неужели вы решили, что я и вправду хочу выйти за вас замуж?

– А что еще должен подумать мужчина, когда женщина навязывается ему в жены? – добродушно спросил Эмир.

– Что вы себе позволяете? Я не просила вас жениться на мне, – задохнулась от гнева Лео.

– Значит, мне это показалось, – невозмутимо ответил он.

– Я сказала, что предлагаю сделку. Это разные веши.

Он удивленно вскинул брови.

– Мне было бы любопытно услышать, как вы до этого додумались. Давайте поужинаем и обсудим это.

– Нет, – резко ответила Лео. – Спасибо за все, – добавила она без намека на благодарность.

– Я никогда не отвергаю предложений, пока досконально не разберусь во всем.

Лео посмотрела на него. Ее сердце стучало так сильно, словно готово было выскочить из груди. И, что хуже всего, Эмир прекрасно видел это. Лео крепко сжала пальцы. Встретившись с ним взглядом, она похолодела. Он смеется надо мной, решила она и высокомерно, насколько смогла, произнесла:

– Моя машина?

– О, разумеется. – Это прозвучало нежнее сливок. Не выпуская ее руки, он вывел Лео на улицу.

День выдался жарким, и к вечеру в воздухе над раскаленным асфальтом завис стойкий терпкий запах. Ее передернуло.

– Невыносимо, – согласился Эмир, – вам стоит выпить что-нибудь прохладительное.

Должно быть, он сделал какой-то знак, который Лео не заметила. К ним тут же бесшумно подкатил длинный темный лимузин. Эмир открыл дверцу салона. Но Лео вовсе не собиралась слова попадать впросак.

– Это не моя машина.

– Конечно, нет, – в свою очередь был шокирован Эмир. – Приглашая женщину на ужин, я всегда провожаю ее домой.

– Мы не собираемся ужинать, – сквозь зубы процедила раздраженная Лео.

– Я рад, что вы так думаете, – загадочно произнес Эмир. Затем заботливо посадил ее в машину, захлопнул дверцу и сел с другой стороны. В полутемном салоне лимузина его улыбка выглядела обольстительной. Лео осознала, что именно этого он и добивался. – Я предпочитаю есть дома.

У Лео глаза полезли на лоб.

– Я не собираюсь вам готовить, – заявила она.

– Значит, удовольствие откладывается, – и он цокнул языком.

– Нет. Я вообще не собираюсь… – Лео осеклась, заметив, что автомобиль не поехал на запад, как она ожидала, а проследовал через Гайд-Парк и повернул направо. – Куда мы едем? Эмир сделал большие глаза.

– Домой, конечно. Как вы и хотели.

– Но я живу в другой стороне, – сердито сказала она.

– Как интересно, – вежливо произнес Эмир.

Лео сжала зубы.

– Хорошо. К кому домой?

– Ко мне, – спокойно ответил он. Лео с трудом держала себя в руках.

– Любопытно, – медленно произнесла она, – что это – дворец или пристанище холостяка?

– А что бы вы предпочли? – весело спросил Эмир.

Лео подавила желание ударить его. Только потому, что это могло привести к истерике. Она подумала о том, что этим вечером на ее долю выпало больше передряг, чем за всю прожитую жизнь. На борьбу с Эмиром Эль-Барбари ушло слишком много сил.

Недовольно вздохнув, она откинулась на сиденье. Тактика пассивного сопротивления – вот выход из сложившейся ситуации. Вскоре Эмиру это надоест и он отправит ее домой.

Итак, Лео попыталась не реагировать на впечатляющий вид дворца. К тому же примерно таким она его себе и представляла. Ей даже удалось сохранить спокойствие в холле, отделанном мрамором. Но когда Эмир провел Лео через весь дворец и вывел с другой стороны, ее намерения потерпели крах. Лео остановилась, еле дыша. Она очутилась в райском саду, окруженном старой стеной, камни которой тонули в зарослях сиреневой глицинии. В конце сада старые деревья образовали рощу. А великолепная лужайка с золотистой от вечернего света травой была усыпана цветками азалии, настолько яркими, что в это трудно было поверить. Абрикосовые и лимонные, фиолетовые и жгуче-родовые. А аромат! Разум покинул Лео.