Но он захотел… чего он захотел? С горькой иронией он вновь и вновь спрашивал себя об этом. Чем бы это ни было, в течение последних шести месяцев он беспрестанно жалел о том, что упустил то, что держал в руках.

Такое не должно повториться.

Гарри положил трубку.

– Она прочитала эссе. – Ответ прозвучал как приговор. – Это было в тот день, когда они объявили о помолвке.

Последовала тяжелая пауза. Затем Эмир грязно выругался.

Он посмел позвонить ей! Вспышка гнева перешла во что-то более сложное. Лео привыкла быть честной сама с собой и скрепя сердце признала, что очень взволнована. Что я за человек? Помолвлена с одним и покрываюсь мурашками, когда звонит другой. Она попыталась поговорить с Саймоном. В офисе ответили, что он находится в одном из отелей Бирмингема.

– О, – в замешательстве сказала Лео. – Ну, думаю, что это не срочно.

Но, видимо, это было срочно. Она безостановочно шагала по офису, металась из угла в угол. На столе лежали три документа, которые требовали немедленного рассмотрения, но Лео никак не могла сосредоточиться. Позвонила Джоан.

– Из приемной сообщили, что прибыла машина.

Через пятнадцать минут она сбежала по ступенькам с изящным кожаным портфелем в одной руке, пластмассовым кейсом – в другой и сумочкой через плечо. Лео заторопилась к стоянке для служащих, где из машины вышел человек в униформе и любезно распахнул перед ней дверцу.

– Привет, – удивленно сказала Лео, – разве у Уоррена выходной?

Но мужчина лишь улыбнулся и забрал у нее портфель и кейс. Лео утонула в сиденье и вытянула ноги. Вот это да! Впереди была пустота. Даже ее отец не мог позволить себе такую роскошь.

Лео показалось, что она не одна в машине. Шофер завел мотор.

– Добрый вечер, Леонора, – произнес голос из ее грез. Из ее снов. Из ее кошмаров. Из ее бессонных ночей. В течение нескольких секунд ее бросало то в жар, то в холод.

Лимузин бесшумно миновал ворота и влился в поток машин.

– Что вы здесь делаете? – Ее застывшие губы еле двигались.

– Взываю к вашему разуму, пока вы не совершили то, чего никто из нас не сможет изменить, – честно, но не очень тактично сказал Эмир.

– Выпустите меня.

– Вы не хотите этого, – самоуверенно заявил Эмир.

Лео взяла себя в руки.

– Вы знаете, что хочу. Это похищение, – подчеркнула она.

– Не было времени на обходительность. Мне нужно было срочно с вами увидеться.

– Неужели? – вежливо спросила она. – Шесть месяцев, не так ли? Даже семь. Весьма срочно.

Эмир сжал челюсти.

– Вы тщательно замели следы.

Лео подавила усмешку.

– Я не пыталась ничего скрывать, – беззаботно сказала она.

– Вымышленное имя. Ложная работа. Никакого адреса. Мои осведомители натыкались на одну каменную стену за другой.

– Осведомители? – Лео с любопытством повернулась, от напускной чопорности не осталось и следа. – Вы хотите сказать, что нанимали частных детективов, чтобы выследить меня?

Ее переполняли гнев и волнение. Значит, ее поведение задело Эмира. А она-то вообразила, что он философски пожимает плечами при исчезновении одной девочки и переключается на другую.

– Я хотел найти вас, – убежденно сказал он, точно это его оправдывало.

– А, ну тогда все в порядке, – вежливо протянула Лео. Ее трясло от негодования. – Чего бы ни пожелал шейх, он это получает, верно? И не задумывается, чего хотят другие.

Эмир улыбнулся.

– Вы отрастили волосы. Вам идет. Я знал это.

– Остановите машину. Выпустите меня. Сейчас же.

– Не паникуйте. Я отвезу вас домой, – успокоил шейх.

– Я не паникую, – сквозь зубы процедила Лео. – И не хочу домой. Меня ждут.

– Вы слишком много работаете. Завтра секретарша извинится за вас.

– А! Шейх опять чего-то захотел.

Он снова улыбнулся.

– Хватит злиться на меня, Леонора. Это важно. У нас есть незаконченное дело, и мы оба знаем об этом.

– Я помолвлена, – грубо отрезала она. Жаль, что не было кольца, чтобы подтвердить это. Они с Саймоном еще не выкроили время для покупок.

Эмир выказывал непривычное для него терпение.

– Да, это одна из вещей, о которых я хочу поговорить.

Лео уставилась на него, широко раскрыв красивые глаза:

– Простите?

Он откинулся на спинку сиденья, обольстительно улыбнулся. Она и забыла, что эта улыбка не только заставляет учащенно биться ее сердце, но и доводит до истерики.

– Очень глупо объявлять о помолвке только для того, чтобы позлить меня, – снисходительно заметил Эмир.

– Что?