Джонни вздыхает и снова начинает рассматривать пальцы.

— Сколько недель это длится?

— Восемь.

— Очень плохо, что они решили включить ее в рейтинг. Я боялся этого. Она слишком стара. Никого больше не интересует Виктория Раш. Черт, даже мне она абсолютно безразлична.

— Думаю, у нее до сих пор есть преданные поклонники.

— Ну, если бы геи были выделены в отдельную демографическую единицу, это имело бы смысл.

— Но это уже произошло, — усмехаюсь я. — Как думаете, кто подтолкнул сериал «Следователи ВМФ» в первую двадцатку?

Джонни безучастно смотрит на меня.

— Показатели рейтинга только повышают значимость Тревиса. Он должен наконец что-то решить.

— Да, конечно.

— Есть что-то еще? — спрашивает Джонни, вытирая лицо уголком полотенца.

— Барт Абельман сегодня вечером выступает в шоу Лено по телевизору.

— Кто?

— Комик, о котором я вам рассказывал. Вы видели его записи.

— Меня не интересуют комедийные актеры.

— Он выдающийся комик, — продолжаю настаивать я. — Появился на одном из прослушиваний для шоу «Сегодня вечером» и сразу же получил разовый ангажемент. Думаю, нам стоит отправить его на фестиваль комедийных искусств в Аспене. Если с ним поработать, у него будут неплохие шансы. Смешных людей не хватает.

— Послушай, для успеха в нашем бизнесе нужны хорошие задатки. А посредственных комиков масса. Кроме того, никому не удавалось быть смешным со времен Эмо Филипса. А он уже покойник.

— Эмо Филипс жив.

— Правда? — изумляется Джонни.

— Думаю, вам стоит своими глазами взглянуть на выступление Барта. Я ведь оказался прав по поводу Тревиса.

Джонни машет в сторону двери:

— Меня не интересуют комедианты. Все они абсолютно одинаковы: евреи-неудачники, считающие, что их обижали в детстве. Что-нибудь еще?

Смотрю на расписание. На девять вечера карандашом вписано имя женщины.

— У вас сегодня свидание. Я сделал заказ в «Азия деКуба».

Губы Джонни растягиваются в похотливой ухмылке.

— Напомни, как ее зовут.

— Волария.

— Вола… как? — закатывает глаза Джонни. Осторожно произношу по слогам:

— Во-ла-рия.

— Почему у моделей такие странные имена? — Джонни смотрит в потолок, пытаясь понять, о ком идет речь. — Блондинка с большими сиськами?

— Брюнетка с грудью среднего размера. Вы познакомились с ней на прошлой неделе на благотворительном мероприятии. Ей двадцать два, и она из Мемфиса. — Вижу, что это ни о чем ему не говорит, и добавляю: — Штат Теннесси.

Мой комментарий сильно раздражает босса.

— Я знаю, где находится этот чертов Мемфис.

Беру со стола каталог белья «Тайна Виктории» и пролистываю его в поисках нужного снимка.

— Вот здесь.

— О да! — восклицает Джонни, рассматривая длинноногую брюнетку в сиреневой кружевной комбинации и чулках.

Пытаясь расшевелить его память, продолжаю:

— Она учится в Южнокалифорнийском университете на ветеринара.

Джонни подносит снимок к лицу.

— Что-то не так?

— Я вижу растительность! — Он бросает мне каталог. — Смотри, вот здесь.

— Может, это тень.

— Тень, твою мать, — фыркает Джонни. — Знаешь, если хорошенько посмотреть, иногда и соски видно.

— Никогда этого не замечал. Он презрительно усмехается:

— Как думаешь, горячая девочка?

— Она очень привлекательная женщина.

— Была бы еще лучше, будь у нее член. Вот что ты думаешь.

— Честно говоря, я совсем не думал об этом.

— Конечно, как бы не так! Знаю я вас! Все вы думаете только об одном!

— Откуда вам знать? — огрызаюсь я, прекрасно понимая, что вступаю в опасную зону.

— Что ты сказал? — хмурится Джонни.

Повышение. Прибавка к зарплате. Повышение.

Прибавка к зарплате. Решаю уступить. Нет смысла расстраиваться из-за тупых комментариев.

— Она красивая девушка, — поднимаюсь я. — Не сомневаюсь, вы прекрасно проведете время.

Он смотрит на меня, как бык на красную тряпку.

— Что-нибудь еще?

Откашливаюсь.

— Если отделить зерна от плевел, то на сегодня это все.

— Так-то! О чем я говорил? — спрашивает Джонни. — Пойди и принеси мне орехов! — И, с отвращением взмахнув рукой, он отпускает меня.

— Рабочее название — «Дни и ночи в Пуэрто-Валларта», — говорит странная девушка, стоящая перед классом. Очень худая, с жирными волосами, в мятой одежде из секонд-хэнда. Терпеть не могу судить о человеке по внешности, но она, видимо, сидит на героине или кокаине. Правда, в жизни я ни разу не встречала наркоманов, поэтому не могу знать наверняка. А может, она хиппи — питается лапшой в «Фиш», пахнет витаминами, не бреется и ест только овощи. Здесь очень много вегетарианцев, наверное, потому что все заботятся о здоровье. Ведь мы в Голливуде, и этим все сказано. Я слышала, что сейчас появились полные вегетарианцы, отказавшиеся от всех продуктов животного происхождения, даже от молока и сыра. Их называют «веганс». Правда, похоже на имя героя из сериала «Звездный путь»?