– Я нарекаю тебя своей спутницей жизни. –Эти слова пронеслись в сознании Саванны. – Я принадлежу тебе. Я готов отдать за тебя свою жизнь, –хрипел он древние карпатские обеты, которые должны были объединить их навеки. С каждой секундой голос становился все громче, все больше напоминая красивый бархатный голос Грегори. – С этого момента мое сердце, моя душа, мое тело принадлежит тебе. Я всегда буду верен тебе.

Схватив женщину за голову, он прижал ее ртом к ране на своей шее. Карпатка была так слаба, что с трудом могла пить.

– Пей, топ amour, ради нас обоих.– Она погибнет без его крови, а если это случится, ее жертва окажется напрасной – ведь без любимой жизнь теряла для него всякий смысл.

Он гладил свою спутницу жизни по голове, продолжая двигаться в ней. Необходимо было завершить ритуал, чтобы предотвратить повторение этого кошмара. Ему оставалось лишь наполнить свою душу светом, исходящим от нее. Саванна была сильной, она должна была справиться. Ей удастся вытащить его из тьмы.

– С этого дня я буду заботиться о твоем счастье и благополучии. Ты – моя спутница жизни. Я всегда буду оберегать тебя.

Тело Грегори ликовало. Саванна запрокинула голову назад. Девушка была так бледна, что ее кожа казалась прозрачной. Прижав руку любимой к своим губам, мужчина с нежностью смотрел на осунувшееся лицо.

Когда все закончилось, Грегори ужаснулся, взглянув на хрупкое тело Саванны: все оно было покрыто синяками, ссадинами и укусами. Кровь на внутренней стороне ее бедра напомнила ему о том, что он лишил ее невинности.

Из груди мужчины вырвался стон. Как мог он так жестоко с ней обойтись? Ее самоотверженность помогла ему вернуться к жизни, одолеть живущего в нем демона. Она помогла ему выбраться из тьмы, и это было настоящим чудом. Жаль, что ей пришлось заплатить за это такую цену.

Грегори отнес измученную девушку в ванну. Теплая вода помогла ей расслабиться, и он погрузил ее в глубокий сон, чтобы восполнить силы. Если бы они находились на родине, плодородная почва тотчас же исцелила бы ее, заживила раны. Но здесь, в чужой стране, никто, кроме Грегори, не мог ей помочь. Конечно, он мог заставить ее спать до тех пор, пока не заживут все раны; мог стереть из ее памяти происшедшее, заменив воспоминания о пережитом кошмаре волшебной сказкой. Но он поклялся, что между ним и Саванной никогда не будет секретов и лжи, и не мог допустить того, чтобы между ними поселилось недоверие. Истина заключалась в том, что, солгав ей, он солгал бы самому себе.

Саванна выглядела бледной и беспомощной. Грегори отбросил с ее лба прядь волос. Сердце мужчины болело так, словно его разрывала в клочья чья-то невидимая рука.

Саванна медленно пришла в себя. Сознание вернулось к ней, как только она попыталась пошевелиться. Повышенная чувствительность, способность тонко различать запахи, оттенки вкуса и цвета, страстность натуры, которая позволяла карпатцам так любить, сейчас обернулись против нее, все тело болело. Ни одно обезболивающее не могло заглушить страшной боли. Из груди Саванны вырвался стон. На лоб ей легла рука.

– Тебе нельзя двигаться, ma petite.

– Я должна безоговорочно тебе подчиняться? – спросила она, глядя на Грегори из-под полуопущенных длинных ресниц.

Мужчина ожидал увидеть в ее глазах осуждение, ярость, отвращение, но не увидел ничего, кроме боли и страха, который она пыталась скрыть. Саванна едва сдерживала слезы. Грегори тенью присутствовал в ее сознании, бесполезно было пытаться что-либо скрыть. Она думала о нем, о той борьбе, которую ему пришлось вести на протяжении многих столетий, о шрамах на его душе. Девушку мучило чувство вины и горечи за то, что ему пришлось стать таким из-за нее. Мужчина не осознавал того, что хмурится, пока она, улыбаясь, ни прикоснулась пальцем к его губам. Ее прикосновение встряхнуло его. Взгляд любимой женщины будоражил его, заставлял израненное сердце таять.

– Ты рисковала, Саванна. Я мог убить тебя. В следующий раз слушайся меня.

Она попыталась усмехнуться, но боль в опухших губах не позволила ей этого сделать. Запах крови пробудил воспоминания, которые она отчаянно пыталась заглушить.

– Меня никогда нельзя было назвать послушной. Мне кажется, тебе придется к этому привыкнуть. – Саванна попыталась сесть, но Грегори не позволил.

Ее попытка говорить с сарказмом, возможно, осталась бы незамеченной, если бы они не читали мыслей друг друга. Грегори чувствовал, что Саванна нервничает, уловил отзвуки страха. Через тонкую простыню она чувствовала прикосновение его руки к своей груди и изо всех сил пыталась не обращать внимания на нараставшее напряжение.

Грегори нежно поцеловал ее в лоб.

– Я благодарен тебе. Ты спасла мне жизнь и, что куда важнее, мою душу. – Ты спасла жизнь нам обоим.– Не пытайся утаить от меня свои страхи, та petite. В этом нет нужды.

Саванна вздохнула.

– Иногда ты раздражаешь меня, Грегори. Я стараюсь перебороть в себе это, но мне нужна твоя помощь. Честно говоря, я до смерти напугана. – Саванна закусила губу и поморщилась. Она попыталась отодвинуться в надежде, что Грегори уберет свою руку. Женщина боялась его прикосновений, боялась, что он снова причинит ей боль.