– Это синяк! Как это случилось?

Марта прикрыла щеку рукой.

– Пустяки.

– Кто-то ударил тебя?

Прикусив пухлую нижнюю губу, горничная опустила глаза. И Кэтрин догадалась.

– Это Лорена, правда?

Девушка неохотно кивнула.

– Это не важно.

В душе Кэтрин вспыхнул гнев. Она и раньше была свидетельницей приступов ярости Лорены, но обычно свекровь старалась сдерживаться. Как смела она поднять руку на беззащитную девушку?!

Вдохновленная желанием высказаться, Кэтрин подошла к комнатам Лорены и постучала. Свекровь мгновенно распахнула дверь, как будто все время стояла за нею в ожидании.

– Слава Богу, ты здесь.

Белая ночная рубашка за ее спиной раздувалась как парус. Бордовый тюрбан, покрывавший волосы, подчеркивал бледность лица. Она сжала кружевной платочек и указала пальцем на Марту:

– Вот она, маленькая воровка! Ты вернулась, чтобы украсть и остальные мои драгоценности?

Служанка попятилась в темный коридор.

– Я ничего не брала! Я уже вам говорила.

– Лгунья. Я утром вызову судью. Тебя вышлют за твое преступление. Только Богу известно, не украла ли ты и драгоценности леди Боуфорт.

Марта, рыдая, упала на колени.

– Вы не можете меня выслать. Я не сделала ничего плохого. Пожалуйста, мне некуда больше идти!

– Никто тебя не накажет. Беги к себе и ложись спать. – Кэтрин помогла Марте подняться и подтолкнула к лестнице, ведущей в комнаты слуг. Затем повернулась к Лорене. – Издевательство над слугами не поможет вам найти колье, – резко заметила она. – Как и ложные обвинения.

– Вот как! Откуда ты знаешь, что они ложные? Такое колье большой соблазн для девушки ее положения.

– Марта уже два года с нами и ни разу не была замечена в чем-либо нечестном. – Кэтрин стало больно от мысли, что, когда она уедет, некому будет заступиться за слуг. Она подошла ближе к свекрови. – Если вы хотите иметь хороших слуг, то не должны бить их. Ни один слуга не останется в доме, где хозяйка может ударить.

Тяжело вздохнув, Лорена опустила голову.

– Ты права, конечно. Если ты так уверена в этой девчонке, то мне этого достаточно. А теперь помоги мне.

Кэтрин не раздумывая подала свекрови руку, и Лорена тяжело привалилась к ее здоровому боку. Поразительно, как быстро перестроилась свекровь. Однако приятно было думать, что она осознала свою ошибку.

Войдя в комнату, Кэтрин застыла на месте. В свете мигающих ламп она увидела в комнате полный разгром. Все ящики были выдвинуты. Одежда разбросана по ковру и огромной кровати под шелковым балдахином.

– Что это? – вырвалось у нее. – Что случилось?

– Я хотела найти колье, – раздраженно ответила Лорена. – Мой дорогой Генри подарил мне его в день свадьбы. Это фамильная драгоценность Сноу. – Она всей тяжестью опустилась в кресло и принялась сморкаться в носовой платок.

У свекрови был действительно расстроенный вид, и это невольно вызвало у Кэтрин сочувствие.

– Не могло ли оно завалиться за туалетный столик?

– Мне не пришло в голову посмотреть там. – Лорена шумно прочистила нос. – Ты всегда была хорошей помощницей. Не знаю, как я буду обходиться без тебя.

Подавляя слабое чувство вины, Кэтрин скрупулезно осмотрела спальню и будуар, проверила шкафы и шкатулку с драгоценностями, даже отодвигала мебель. Наконец в отчаянии развела руками:

– Боюсь, что я тоже не могу его найти.

Лорена обмахивала лицо, на котором не было обычного слоя ночного крема.

– Что же мне делать? Колье должно перейти к Присцилле при ее замужестве. А теперь оно исчезло. Исчезло!

– Оно найдется, – Кэтрин незаметно прижала рукой повязку на боку. – Мы обе устали. Поищем утром, когда будет светло.

– Значит, ты уезжаешь. Оставляешь меня.

Кэтрин преодолела себя.

– Мои планы немного изменились. Я не сразу уеду.

Лорена уставилась на невестку из-под кружевного платка:

– Это почему же?

– Мы отменили нашу помолвку.

Вот и все. Она сказала. Кэтрин убеждала себя, что ей будет от этого легче. Но на душе стало холодно, как будто ее коснулся зимний ветер с пустошей и болот.

С трудом выпрямившись в кресле, Лорена сказала:

– Моя дорогая девочка. Мне ужасно жаль. Ты можешь жить здесь сколько захочешь.

– Я ценю это, – искренне ответила Кэтрин. – Но я вскоре перееду в собственный дом.

– Бросишь меня. После всего, что я для тебя сделала. – Лорена схватилась руками за голову. – О, у меня вдруг закружилась голова! Как будто я… упаду в обморок.

Ее голова затряслась, а глаза закатились. Ахнув, Кэтрин бросилась к ней.

– У вас есть нашатырь?