Следы грабежа были видны даже здесь. С полок было сметено все подчистую. Интересно, какие же сокровища они надеялись найти в кухне? На скорую руку заварив чай, я порылся в шкафчике, где Регина держала пряности и бренди для кулинарных целей, и, обнаружив бутылку, глупо обрадовался: хоть здесь эти негодяи дали маху.

Дональд все еще неподвижно сидел на ступеньках. Я сунул ему в руку стакан со сладким крепким чаем и заставил выпить.

–  Она никогда не бывала дома… по пятницам, - уже который раз повторил он.

–  Конечно, - согласился я и подумал, сколько людей знали о том, что по пятницам в доме никого не бывало.

Мы медленно выпили чай. Я забрал у Дона стакан, поставил его вместе со своим на пол и снова сел рядом.

Основная часть мебели, стоявшей в холле, исчезла. Небольшой шератоновский стол, обитое кожей кресло, напольные часы XIX века.

–  Бог мой, Чарльз!
– проговорил он.

Я посмотрел на него. В его глазах стояли слезы, на лице застыла невыразимая боль. А я ничем не мог помочь его горю.

Казалось, что ужасный вечер никогда не кончится. Было уже за полночь. Полицейские, на мой взгляд, были деловиты, вежливы и даже нельзя сказать, чтобы не сочувствовали пострадавшему. Однако не оставалось сомнений, что их дело - поймать преступников, а не утешать потерпевших. Мне показалось также, что в большинстве вопросов проскальзывало недоверие: а не сами ли хозяева организовали ограбление, чтобы получить страховку?

Дональд, казалось, ничего не замечал. Он отвечал устало, механически. Ответ отделяла от вопроса долгая пауза: да, все украденное было застраховано надлежащим образом; да. его имущество было застраховано уже много лет; да, он весь день был в конторе; да, он выходил в кафе поесть; он работает в агентстве по импорту вина, его контора в Шрусбери; ему тридцать семь лет; да, жена намного моложе, ей недавно исполнилось двадцать два года…

О Регине он говорил запинаясь, будто губы не слушались его:

–  Она всегда по пятницам… работала в цветочном магазине… у своей подруги…

–  Почему?

Дональд рассеянно поглядел на полицейского инспектора, сидевшего напротив него за обеденным столом. Стулья от старинного обеденного гарнитура исчезли. Дональд сидел в плетеном кресле, принесенном из солярия. Инспектор, констебль и я разместились на табуретках.

–  Что?
– переспросил Дональд.

–  Почему она именно по пятницам работала в цветочном магазине?

–  Ей… ей… так нравилось… Я резко перебил его:

–  Она работала с цветами еще до того, как вышла замуж за Дональда. Ей хотелось быть при деле. В пятницу она всегда составляла разные композиции из цветов для дансингов, для свадеб…

«И для похорон тоже», - подумал я, но не смог выговорить.

–  Благодарю вас, сэр. Однако я уверен, что мистер Стюарт может отвечать сам.

–  А я - что нет!
– Полицейский инспектор повернулся и уперся в меня взглядом.
– Он же в шоке, - закончил я свою мысль.

–  Вы врач, сэр?
– недоверчиво спросил он. Я отрицательно покачал головой.

Он глянул на Дональда, крепко сжал губы и снова повернулся ко мне. Его придирчивый взгляд скользнул по моим джинсам, выцветшей куртке, старому свитеру, дорожным башмакам и остановился на лице. Видно было, что я не произвел на него впечатления.

–  Хорошо, сэр. Как вас зовут?

–  Чарльз Тодд.

–  Возраст?

–  Двадцать девять лет.

–  Профессия?

–  Художник.

Констебль невозмутимо записывал мои ответы в блокнот.

–  Рисуете картины или красите дома?

–  Картины.

–  А что вы делали сегодня, сэр?

–  Выехал в половине третьего из Паддингтона, а со станции сюда пришел пешком.

–  Цель визита?

–  Просто так. Я всегда приезжаю сюда раз или два в год.

–  Добрые друзья, значит?

–  Да. И родственники к тому же.

Он повернулся к Дону и снова начал сыпать вопросами, но интонации его стали терпеливее и мягче.

–  В котором часу вы обычно возвращаетесь домой в пятницу, сэр?

–  Приблизительно в пять, - сказал тот без всякого выражения.

–  А сегодня?

–  Так же… - Лицо его болезненно исказилось.
– Увидел, что в доме побывали грабители… позвонил в полицию…

–  Да, сэр. Мы приняли ваш вызов в семнадцать ноль шесть. И после этого вы пошли посмотреть, что украдено?

Дональд не ответил.

–  Наш сержант нашел вас в гостиной, сэр, если вы припоминаете.

–  Почему… - с болью в голосе проговорил он, - почему она пришла домой?

–  Надеюсь, что мы узнаем, сэр.