Предо мной предстали белые стены и полуосвещенный моим фонариком потолок. Я направил свет фонаря на пол, покрытый ковром цвета слоновой кости. Черно-белая секционная мебель, низкая и кубическая, была сгруппирована под прямыми углами по всей комнате. Камин облицован черным кафелем, рядом стоял кубик, обитый белой кожей. С другой стороны камина нечетко виднелось темное пятно.

Я встал на колени и внимательно его осмотрел. Это было влажное пятно величиной с большую столовую тарелку, без определенного цвета. Но несмотря на запахи моющих средств, духов, табачного дыма и сладковатый аромат спиртных напитков, пропитавших комнату, я чувствовал запах крови. Запах крови остается, как бы хорошо вы все ни выскоблили.

Все еще оставаясь на коленях, я обратил внимание на приподнятый камин. На стойке возле него находился набор бронзовых приборов для огня: щетка, совок, пара кожаных надувных мехов с бронзовыми рукоятками. Набор был новый и выглядел так, будто им не только никогда не пользовались, но и не дотрагивались до него. Лишь не хватало кочерги.

За камином находилась ниша, которая, возможно, вела на кухню. Большинство домов такого типа и времени постройки имели одинаковую планировку, и мне пришлось побывать не в одном из них. Я направился к нише, намереваясь осмотреть остальную часть нижнего этажа, а затем и верхнего.

На улице затарахтел мотор. Свет лизнул завешенные окна фасада и метнулся дальше. Я подошел к крайнему окну и выглянул в щелочку между шторой и рамой окна. На стоянке у дома остановился старый черный "линкольн". За рулем сидел Марфельд, его лицо нелепо освещалось отраженным светом от фар. Он выключил фары и вылез из машины.

Лерой Фрост вышел из машины с другой стороны. Я узнал его по торопливой семенящей походке. Оба прошли в трех-четырех шагах от меня, направляясь к парадной двери. Фрост нес блестящий металлический прут, который он использовал как тросточку.

Через нишу я прошел в соседнюю комнату. В центре комнаты полированный стол отражал свет, который проникал через двойные окна, закрытые кружевными занавесками. У стены в комнате со сводчатым потолком стоял высокий буфет, в углу - стул. Я сел на него, скрытый густой тенью, держа фонарь в одной руке, а пистолет - в другой.

Я услышал, как поворачивается ключ в замке парадной двери, затем голос Лероя Фроста, резкий от возбуждения:

–  Я возьму ключ себе. Куда делся другой ключ?

–  Лэнс отдал его свинье.

–  Это разгильдяйство, а не дело.

–  Идея была ваша, шеф. Вы приказали мне самому с ней не разговаривать.

–  Хорошо, коль скоро он у нее… - Фрост пробормотал что-то неразборчивое. Я слышал, как он шмыгал из прихожей в гостиную. Неожиданно он взорвался: - Где этот чертов свет? Вы не раз бывали в этом доме, а хотите, чтобы я ощупью ходил всю ночь?

В гостиной вспыхнул свет. В комнате раздались шаги. Фрост сказал:

–  Ты не очень хорошо обработал ковер.

–  Я сделал все, что мог в то время. Да и вообще, никто не пройдется по нему с большой придирчивостью.

–  Ты на это надеешься? Лучше возьми-ка вот этот кубик и закрой им пятно, пока оно не высохнет. Не надо, чтобы она увидела его.

Марфельд неохотно согласился. Было слышно, как перетаскивают кубик по ковру.

–  Прекрасно, - воскликнул Фрост.
– Теперь сотри мои отпечатки с кочерги и положи ее на место.

–  Вы уверены, шеф, что кочергу вам вернули в чистом виде?

–  Не будь придурком, это же не та кочерга. Я нашел ее на складе киношного инвентаря.

–  Черт меня подери, вы умеете обо всем позаботиться.
– Подобострастный голос Марфельда выражал восхищение.
– Куда вы засунули другую?

–  Туда, где ее никто не найдет. Даже ты.

–  Я? На что она мне нужна?

–  Забудь.

–  Дьявольщина, вы мне не верите, шеф?

–  Я никому не верю. Только самому себе. А теперь пошли отсюда.

–  А как же свинья? Мы не подождем ее?

–  Нет, нас здесь какое-то время не будет. И чем реже она нас будет видеть, тем лучше. Лэнс объяснил ей, чего от нее ожидают, и мы не хотим, чтобы она приставала к нам с вопросами.

–  Думаю, вы правы.

–  Я не нуждаюсь в твоем мнении о том, что я прав. Я знаю лучше, как избежать шантажа, чем любые два других человека в этом городе. Имей это в виду, если у тебя возникнут какие-нибудь идеи.

–  Не понимаю, шеф, какие идеи вы имеете в виду?
– В голосе Марфельда прозвучала уязвленная невинность.

–  Может быть, идея об уходе на пенсию, на хорошую жирную пенсию.

–  Нет, сэр. Только не я, мистер Фрост.

–  Думаю, тебе это известно лучше. Если ты попытаешься откусить что-то у меня или моего друга, это станет кратчайшей дорогой к тому, чтобы получить дырку в голове в дополнение к той дырке, которую ты уже схлопотал.

–  Я это знаю, мистер Фрост. Видит Бог, я - лояльный человек. Разве я это не доказал вам?