–  Какая у Эстер была связь с Граффом?

–  Изабель думала, что они сожительствуют, скажем так. Как бы там ни было, но мне надо было что-то сделать с трупом. Я хотел скинуть его в океан, но Графф не позволил. У него есть дом на берегу океана, в Малибу. Потом Лэнс Леонард предложил другую, вот эту идею.

–  Как Леонард попал в эту историю?

–  Он был другом Эстер. Она взяла у него на время машину, и он как раз приехал, чтобы ее забрать. У Леонарда был ключ от дома, поэтому, войдя, он наткнулся на Марфельда и тело Эстер. У него были свои причины запутать это дело, поэтому он предложил подключить сестру. Обе сестры очень похожи друг на друга, они погодки, и Леонард знал их обеих. Именно он попросил сестру прилететь сюда.

–  Что ее здесь ожидало?

–  Об этом должен был позаботиться Карл Штерн. Но, похоже, Штерн решил полностью выйти из игры. Не знаю, как теперь он мыслит себе это.

–  Вы несколько оторвались от реальности, - заметил я.
– Когда-то вы сами были заводилой. С каких это пор стали позволять головорезам и преступникам думать за себя?

Фрост скривился и опустил голову.

–  Я сам не свой. Последние три месяца сижу на наркотиках, по уши напичкан димеролем.

–  Вы принимаете наркотики? Димероль?

–  Мне осталось недолго жить, Лью. Мои внутренности разрушаются. В данный момент я испытываю ужасную боль. Мне не надо было бы мотаться.

–  Вы и не будете больше мотаться. Вы будете сидеть в камере.

–  Вы - крутой человек, Лью.

–  Вы продолжаете называть меня Лью. Не делайте больше этого. Мне надо бы бросить вас здесь, чтобы вы сами отсюда выбирались.

–  Но вы же не поступите так со мной?
– Он опять уцепился за меня и начал быстро говорить: - Послушайте меня, Лью… мистер Арчер. Относительно итальянского дела. Я могу устроить вас на пятьсот долларов в неделю общей продолжительностью в двадцать шесть недель. Никаких обязанностей, никаких дел. Настоящие каникулы.

–  Оставьте. Я не притронусь к вашему пятачку, даже если надену резиновые перчатки.

–  Но вы ведь не бросите меня здесь?

–  Почему бы и нет? Ее же вы бросили.

–  Вы не понимаете. Я просто сделал то, что был обязан сделать. Мы оказались в ловушке. Девчонка сама виновата, а мы попались. У нее появился какой-то материал на босса и его жену, улики против них, и она передала эти материалы Карлу Штерну. Он, в общем-то, навязал нам эту сделку. Сам я поступил бы иначе.

–  Поэтому за все, что вы сделали, отвечает Штерн.

–  Я этого не говорю, но он давал команду. Мы вынуждены были сотрудничать с ним. Мы были вынуждены делать это на протяжении нескольких месяцев. Штерн даже заставил босса согласиться на использование своей фамилии в новой крупной операции Штерна.

–  Какие же у Штерна есть улики против Граффа?

–  Разве я могу сказать вам об этом?

–  Вы мне об этом расскажете. Сейчас же. Вы начинаете надоедать мне, Фрост.

Он попятился назад, к дверному косяку. Свет падал на одну сторону его лица, и его профиль казался таким же тонким и белым, как лист бумаги. Как будто коррупция окончательно уничтожила его, оставив на образовавшейся пустоте только верхнюю оболочку.

–  Пистолет, - ответил он.
– Пистолет мистера Граффа. Год назад Изабель застрелила из него девушку.

–  Где Штерн прячет этот пистолет?

–  В банковском сейфе. Мне удалось узнать только это, но я не смог добраться до самого сейфа. Впрочем, вчера ночью пистолет был с ним, у него в машине. Он показал его мне.
– Его тусклые глаза хищно блеснули.
– Вы знаете, Лью, я уполномочен заплатить сто косых, за эту хлопушку. Вы - сильный, ловкий парень. Не могли бы вы изъять его у Штерна?

–  Кто-то это уже сделал. Вчера ночью Штерну рассекли глотку. Но, может быть, вы знаете об этом, Фрост?

–  Нет, я этого не знал. Но если это правда, положение меняется.

–  Но не для вас.

Он вышел наружу. Внизу в белесом жару мерцала плоская долина. След от реактивного самолета, который рассекал небо, постепенно растворялся. В этом необжитом окружении стоявший на дороге "кадиллак" казался неуместным, похожим на космический корабль, который застрял среди гор на Луне, Рина стояла у подножия склона, обратив обеспокоенное лицо кверху. Я должен был передать ей страшную новость.

Гораздо позже, на залитой солнцем равнине мы смогли поговорить обо всем. Лерой Фрост, все отрицавший, протестовавший и требовавший адвокатов и докторов, был помещен вместе с Марфельдом и Лэшманом в арестантское отделение больницы. Останки Эстер Кэмпбелл перевезли в подвальное помещение того же здания для медицинского обследования. Я сообщил шерифу и прокурору достаточно сведений, чтобы арестовать Фроста и его людей по обвинению в возможном вымогательстве и по подозрению в убийстве. Я не надеялся, что эти обвинения будут доказаны. Решительные действия должны были развернуться в Калифорнии.