Эта незамысловатая шутка на удивление развеселила Специалиста.

– Что ж, Павел Андреевич, мне почему-то кажется, что мы с вами сработаемся.

– Сомневаюсь, – буркнул Паша.

– Ваше право. На этом всё. Как говорится, до будущих встреч. Ступайте и не грешите больше. Руки не протягиваю, ибо вижу, что вы, Павел Андреевич, – человек гордый, всё равно не подадите.

– Отчего же? Запросто! – Козырев протянул руку, и в результате рукопожатия в кулаке Специалиста оказалась скомканная сотня.

– Ну зачем уж так-то… Заберите. Скорее до дому доберетесь.

– Ничего, пешком дойду. Вам нужнее. Вы ведь, Иван Иваныч, из тех куриц, которые по зернышку клюют?

Нарочито сильно хлопнув дверцей, Козырев вышел в ночь. Пройдя каких-то пару метров, он присел, поправляя якобы развязавшийся шнурок, и внимательно срисовал взглядом номера «Ауди». После чего распрямился и быстрым шагом направился в сторону Старо-Невского.

«Толковый парень, – профессионально оценил его манипуляцию Специалист. – Ежели подучить малость да пару-тройку раз мордой в дерьмо макнуть, а затем для верности башкой об стену припечатать, дабы лишний гонор сбить, можно было бы попробовать и к себе подтянуть. В качестве молодого перспективного кадра. А безбашенность… Так ведь при иных обстоятельствах она бывает что и в плюс идет».

В пять минут третьего Козырев, вконец измученный и усталый, вошел в кромешный коридорный сумрак лиговской коммуналки и, ориентируясь исключительно на выбивающуюся из-под двери своей комнаты полоску света, двинулся к финишной ленточке. За которой его должны были ждать верный друг Лямка и спасительный диван. Все остальное, включая ужин, сейчас представлялось избыточно-ненужным.

Паша толкнул дверь и… И, мягко говоря, обалдел. В комнате, вокруг заставленного нехитрой снедью и многочисленными бутылками стола, помимо само собой разумеющегося Лямки, сидели: Полина, ее охранник Сева, Катя со Смоловым и Людмила Васильевна Михалева. Такая вот тайная вечеря в половинчатом составе.

– Пашка, паразит эдакий! ГДЕ ты был!!! – подскочила Катя.

– Если он сейчас скаламбурит – «пиво пил», я его собственным руками придушу, – пообещала Полина.

– Ты чего, позвонить не мог? Мы себе уже такого напредставляли!.. – насел Лямка.

– А ну цыц! Что напали на человека! Посмотрите, его же колотит всего! – вступилась за своего любимчика сердобольная соседка. – Паш, да не торчи ты в дверях… Народ, освободите место… Давай, вот сюда, на диванчик… Виктор Васильевич, дружочек, плесните ему водочки. Да не жалейте – если что, у меня еще настоечка припасена…

Козырев покорно принял поднесенный стакан, залпом выпил, и лекарство мгновенного действия резво побежало по жилам, наполняя тело ощущением приятного тепла. От предложенной закуски он отказался, попросив лишь сигарету – «шесть часов не курил». Курево было предоставлено незамедлительно. Несколько первых, самых вкусных затяжек Паша сделал в абсолютной тишине – собравшийся народ деликатно безмолвствовал, но при этом сверлил его глазами, в которых читался все тот же вопрос. Козырев понял, что держать паузу более нельзя, и выдохнул самое главное:

– В общем, видел я их.

– Кого?

– Наших. Сначала мистера «Икс» и мистера «Игрек»! А потом Иван Иваныча собственной персоной. Мать их!.. И мать тех, кстати, тоже!

– Каких – тех?

– Сотрудников доблестного 24-го отдела милиции…

– Да-а, история… Как говорят синоптики: хоть и солнечно, но ни фига не ясно, – прокомментировал Пашин рассказ о событиях нынешнего вечера Смолов, подливая очередную порцию лекарства. – Боюсь, что мы с вами, братцы, сегодня допустили очень нехилый ляпсус. И чем это дело нам опосля аукнется, лично я предсказать не берусь.

– Это вы про чекиста? Да не переживайте, Виктор Васильевич, он нас сам бояться должен – рыльце-то в пушку, – с напускным оптимизмом «успокоил» Козырев, – Справимся. И не с такими справлялись.

– Вам бы, господин офицер, нехудо классиков на досуге перечитать, – строго посмотрела на него Михалева. Похоже, за время отсутствия Паши соседку приняли в команду на правах полноправного штыка и посвятили во все подробности и деликатности дела. – К примеру, Михалкова-старшего, про «зайку-зазнайку». Очень, доложу вам, познавательная вещица.

– А это еще зачем?

– А затем, чтобы, не дай бог, не вышло наоборот.

– Наоборот – это как?

– Да так: не рыльце в пушку, а пушкой в рыльце.

– Ну-у, Людмила Васильевна! Это вам следует поменьше классиков читать. Всяких там Резунов и Судоплатовых. Вы еще 37 год вспомните!

– Очень может быть, что Людмила Васильевна отчасти и права, – неожиданно поддержал соседку Смолов. – Просто, Паш, ты не в курсе, что у нас за это время тоже кое-что произошло.

– Точно, я и забыл совсем! Как там наш Анненский? Пропасли? Пустышка?