Наконец она справилась с собой, и отчаяние сменилось смущением. Как она могла потерять контроль над собой? Здесь, на глазах у проклятого Мэта де Капистрано!

– Я понимаю ты очень долго держала это в себе, – проникновенно сказал он, поглаживая спину Джорджи.

Эти слова заставили ее напрячься. Мэт слишком хитер. Даже самые толстокожие люди используют такие ситуации, чтобы достичь своей цели. Она попыталась отстраниться от Мэта, но тут же поняла, что он не хочет ее отпускать. Джорджи пошмыгала носом и подумала, что он, наверное, похож на свеклу.

– Ты не мог бы одолжить мне платок?

– Сию секунду.

Не отрывая взгляда от заплаканного лица Джорджи – ее зеленые глаза были невероятно красивы в эту минуту. Мэт отпустил ее, чтобы достать из кармана белый накрахмаленный носовой платок. Потом снова обнял, но теперь уже легче, так, что между ними оставалось небольшое пространство.

Промокая заплаканное лицо, Джорджи испуганно подумала о том, что это небольшое пространство все равно не спасает ее от близости мужского тела, пьянящий запах которого кружит голову.

Сделав глубокий вдох, Джорджи стала рассказывать Мэту о том, как она попала в семью Роберта. Он выслушал ее до конца, ни разу не перебив.

– Оказывается, ты сильная и мужественная женщина. – Мэт наклонил голову. – Джорджи, ты до сих пор не сказала мне, как его зовут.

– Кого?

Она попыталась спрятать свой испуг, но от пронзительного взгляда Мэта трудно было что-нибудь скрыть.

– Того парня, который заставил тебя бояться людей.

Джорджи изумленно смотрела на Мэта и думала, зачем бог дал ему такой сексуальный рот, у него и без того хватает достоинств.

– Я могла бы задать тебе подобный вопрос, Мэт. Ты говорил мне, что не веришь в любовь и преданность. У тебя для этого тоже есть причины.

Услышав это, он отпрянул назад и, не в состоянии скрыть своего удивления, как будто в первый раз, посмотрел на Джорджи. Глаза его сузились, руки обнимавшие ее талию, разжались и упали. Джорджи поняла: она задела больное место. Это, вопреки ее собственным ожиданиям, не обрадовало ее.

– Браво, мисс Миллет. Так, значит, мы оба реалисты. Вы это хотели сказать? – холодным упавшим голосом, в котором чувствовалась почти физическая боль, сказал Мэт. – Пойдем. – Он взял Джорджи за руку. Сейчас его серые глаза казались бездонными. – Я знаю, что тебе нужно.

– Что же? – Джорджи смотрела на него с подозрением.

– Нам нужно поплавать.

Мэт улыбнулся, но вряд ли кто-нибудь смог бы назвать эту улыбку доброй.

– Мы немного поплаваем, выпьем парочку коктейлей, а затем переоденемся и поужинаем.

– Я же сказала тебе: я не останусь на ужин.

– А я говорю: останешься. Рози весь день готовила для нас. Она будет очень расстроена, если ты уйдешь. Неужели это тебя не остановит?

– Это настоящий шантаж!

Мэт как—то очень по—особому пожал плечами.

– Так оно и есть, – согласился он. – Джорджи, я хочу, чтобы ты немного отдохнула и развеялась. Неужели это преступление?

Джорджи покраснела еще больше, а серые глаза Мэта продолжали смеяться.

– Обещаю быть хорошим мальчиком. Я буду ухаживать за тобой, как за своей незамужней тетушкой. Идет?

Мэт стоял перед ней – высокий, смуглый, гибкий, со скрещенными на груди руками. Настоящий мужчина! У Джорджи перехватило дыхание. Невыносимый человек! Ну и попала же она в переделку!

– Хорошо. – В голосе Джорджи слышалось отчаяние. – Но только ужин, плавать я не буду.

– Ты что, не умеешь плавать? – Он выразительно поднял бровь.

– Умею.

Мэт взял Джорджи за руку, и она покорно пошла рядом с ним к дому.

Она израсходовала все свои аргументы.

Через час Джорджи, лежа на усыпанной подушками лежанке возле бассейна и потягивая розовый коктейль, наслаждалась.

Сначала, когда она стояла в дамской комнате для переодевания, предназначенной для гостей, и смотрела на огромное количество бикини и накидок, ее охватила паника: она лихорадочно перебирала купальные принадлежности, и все они казались ей неприличными. Наконец она нашла купальник, почти не прикрывающий бедра, с пугающе глубоким вырезом на груди. Он подходил ей по размеру и выглядел благороднее остальных.

Потом Джорджи отложила множество прозрачных накидок всех цветов радуги. Она предпочла им махровый халат, который накинула поверх купальника и плотно перевязала на талии. В этом наряде она и появилась у бассейна – уверенная в своей неуязвимости.

Однако, когда из бассейна вышел Мэт, самообладание снова покинуло ее.

На нем были черные плавки, которые не скрывали практически ничего, по крайней мере, для воображения. Красивая смуглая кожа, под которой играли развитые мышцы, блестела от воды. Грудь была густо покрыта крутыми черными завитками волос. Джорджи догадывалась, что у Мэта великолепное тело, но действительность превзошла все ожидания. Оно было совершенно, без капли жира – настолько совершенно, что пугало и сводило с ума.