— Почему?

— Тяжелые, сволочи, — ответил Хок. — Ежели одна лошадь тянет телегу с таким полешком, так ее спокойным шагом можно обогнать.

— А обойти нельзя ли?

— Нельзя.

— Почему?

— Очень много открытого пространства, любое маневрирование видно издалека. Как бы мы не старались, они будут перемещать огнестрелы таким образом, чтобы они все время были нацелены нам в морду.

— А если расширить фронт?

— Они расставят огнестрелы веером, только и всего.

— Какие у вас предложения, Хок?

— Никаких. Я плохой стратег. Я вообще не люблю все эти милитаристкие дела. Стреляют друг в друга, рубятся — и все без толку.

— Знаете, я тоже их не люблю, — сказал Зигвард. — А посему…

— Да?

— Сделаем то, что на наш взгляд — и мой взгляд, и ваш — гораздо умнее, чем организованное массовое убийство.

— Что же?

— Эту миссию я поручаю вам, Хок. Это будет самая важная в вашей блистательной карьере миссия. И я вам заплачу столько, сколько она стоит.

— Я весь внимание.

— Вы выкрадите Фалкона и привезете его мне.

Помолчали.

— Ого, — сказал Хок.

— Да, — сказал Зигвард.

Снова помолчали.

— Возможно ли это? — спросил Хок риторически.

— Не утомляйте меня торговлей, — ответил Зигвард. — Я же сказал, заплачу столько, сколько вы сочтете нужным.

И еще помолчали.

— Живым? — спросил Хок.

— Если бы он мне нужен был мертвым, я послал бы простого убийцу. Понятно, что живым.

— Как скоро?

— Даю вам три дня.

— Четыре, — серьезно сказал Хок. — За три дня я не успею, пожалуй.

— Я согласен.

— Девяносто тысяч, — сказал Хок.

— Очень хорошо.

— Плюс пятьдесят тысяч на расходы.

— Что за расходы?

— Мне нужно будет кое-кого подкупить.

— Прекрасно.

— И титул.

— Титул?

— Княжеский.

— А конунгом Славии вас не сделать ли?

— Нет. Я плохо говорю по-славски. Мне нужно княжество именно в Ниверии. Это — единственное, чего мне не мог бы дать Фалкон.

— Но мог дать Бук.

— Только с подачи Фалкона, а это вовсе не одно и тоже.

— Хорошо, я подумаю.

— Тогда я тоже подумаю. О чем-нибудь.

— Я согласен.

— А если мне не удасться? — спросил Хок.

— Даже не знаю, что вам на этот случай посоветовать, — сказал Зигвард. — Можете пойти в подмастерья к кузнецу какому-нибудь.

Используя походный сундук как стол, Зигвард написал письмо казначею. Хок взял лист, поклонился, и вышел из шатра.

Горели звезды и было относительно тепло. А ведь в Астафии зима.

Казначей выдал Хоку пятьдесят тысяч в трех мешках авансом и дал подписать расписку. Хок набил золотом карманы, остальные деньги спрятал в сундук в своей карете, оседлал коня, и быстро поскакал сперва на восток, потом на юг, в дюны.

Пожилой рыбак, доставивший на следующее утро «донесение неотложной важности» в стан фалконовых войск, не обнаружил там Фалкона. В городе Главы Рядилища тоже не оказалось.

Пожилой рыбак наводил справки, но никто не мог точно сказать, где Фалкон. И Фокс тоже исчез. Рита была в городе, но ни встретиться с нею, ни тем более поговорить, рыбак не решился, боясь за свое инкогнито.

Хок вернулся в стан мятежников утром следующего дня, усталый и злой, и разозлился еще больше, обнаружив в своем шатре Бранта. Нико тоже наличествовал, но на него Хок не обратил внимания.

— Ну ты наглец, сынок, — сказал Хок. — Ах ты полозень илистый. Ах ты быдло шерстистое. Я понял — ты меня извести вознамерился.

— Я вас тут ждал, — сообщил Брант, не вставая с плетенки.

— Ты меня везде ждешь. Куда я ни сунусь — везде Брант. Ну-с, в прошлый раз ты выкрутился, сказав, что Рита — твоя матушка. А теперь что ты мне скажешь? Что Зигвард — твой батюшка, да? Вы же с Фалконом только что были друзья не-разлей-вода. Но знаю я, знаю — тебе меня извести — дороже дружбы. И ты перебежал в другой лагерь для этого. Из-за меня. Я польщен. Поэтому убью я тебя сейчас быстро и как бы случайно. Как бы никто и не заметит ничего. Чтобы уж больше к этому вопросу не возвращаться.

— Не болтайте глупости, Хок, — сказал Брант строго. — У меня есть к вам предложение. Учитывая ваш статус, как недавнего перебежчика, вы бы не прочь были бы отличиться перед новым начальством, не так ли?

— Кто это тебе сказал, что я перебежчик? — возразил Хок. — Все эти годы я честно служил Зигварду. А фалконовы поручения выполнял только для отвода глаз. Иди сюда, я тебя задушу. Не к лицу мне за тобою по шатру бегать, годы не те.

— Есть возможность, — сказал Брант, — захватить Фалкона в плен.