Эрик вспомнил, в каком бешеном темпе гигант выколачивал сведения из водителя-озерника, разбив ему лицо, однако сохранив жизнь. Со стороны казалось, будто они злобно облаивают друг друга, но такой уж язык у озерников — оказалось, Горн даже им владеет свободно. Потом гигант наскоро ознакомил с управлением и Эрика, но лучше бы эти знания остались невостребованными.

Пока же “плавунец” вел себя отлично, бодро продвигаясь вперед и вниз, хотя оценить его скорость было затруднительно: снаружи царила мгла. Затем Горн чем-то щелкнул на пульте, и вокруг разом посветлело, по сторонам замелькали быстрые искры, и даже обозначились в отдалении контуры громадных скал.

“Да ведь это “ночной глаз”! — не сразу сообразил Эрик.— Но разве их уже ставят на вездеходы?”

— Кое в чем они обскакали нас — верно, Олт? — пророкотал рядом гигант.— Или в Загорье не так стараются Хранители?

— А на Второй Материк мы, по-вашему, ощупью пробирались? — сварливо отозвался старик.— На всех наших судах стоят такие же.

— Точно, я и забыл,— сказал Горн и направил амфибию вдоль отвесной стены, подножия которой, если верить Олту, они смогли бы достичь только ценой гибели.

Богиню Эрик с самого начала усадил себе на колени: так и ей обзор был лучше, и ему спокойней. Но как ни хотелось сейчас юноше прижаться к Ю плотней, куда больше он боялся показаться назойливым. Эрик только чуть-чуть придерживал ее, поместив ладонь под маленькую грудь, однако готов был напрячь руку в любой миг. Девушка не возражала — вряд ли она вообще помнила о Тигре, поглощенная созерцанием.

Постепенно они погружались все глубже, и теперь над их головами стали заметны пузырьки стравливаемого воздуха, цепочками убегавшие в серую мглу. Однако стена оставалась на удивление ровной, будто искусственная,— ни норы, ни трещины. И вода вокруг казалась странно спокойной: здесь, в Огранде,— и вдруг такая тишь! Еще бы моторы не гудели…

— Ну вот,— прозвучал спокойный голос Горна,— теперь и чудище пожаловало.

“Шутка не из лучших”,— раздраженно подумал Тигр и только собрался возмутиться вслух, как гигант слегка накренил амфибию — и Эрик увидел.

Из глубины бездонной пропасти будто всплывал горный кряж, медленно извиваясь и подгребая плоскими отрогами. А вдоль склонов стекались к передней горе обильные заряды, короткими молниями проскакивая между холмами.

— Кажется, с тех давних пор оно слегка подросло,— мрачно заметил Горн.— Теперь ему любая девица на один зуб.

— Врут ваши легенды, Олт,— добавил Тигр, крепче обнимая Ю.— И вовсе не самую красивую выбирали древние, а самую упитанную.

— Вон тот бугор мне очень не нравится,— показал Горн на лоб чудовища, где постепенно разгоралось могучее вздутие, вбирая заряды.— Он должен лупить не слабей стационара.

Подводный исполин приближался без спешки, однако вряд ли они успели бы отступить: на самом деле его скорость была немалой, только скрадывалась этими невероятными размерами. И странно: воздух в кабине словно сгущался, а мышцы цепенели, сковываясь невыносимым ужасом.

— То-то мне говорили, что по ночам на озере видны вспышки,— пробормотал Олт.— Наверное, это страшилище сбивало лучом живность с окрестных скал.

— Что же, мы упростили ему задачу,— откликнулся Горн.— Сами прыгнули в пасть.

— По крайней мере мы сможем взорвать “плавунец”? — угрюмо спросил Тигр.— Чтоб оно нами подавилось!..

— Мстить? — Гигант пожал плечами.— За что?.. Тварь попросту голодна и глотает все без разбора — сообразно инстинкту и по праву сильного.

— А я не желаю быть слабым! — огрызнулся Эрик, окружая богиню кольцом беспомощных рук. Как же недолго длилась радость…

— Тогда держись крепче,— посоветовал Горн.— Все пристегнулись?

И неожиданно он бросил амфибию навстречу плавучему “кряжу”, прямо к грозно полыхавшему бугру. Тотчас в голове исполина стали медленно раздвигаться скалы — словно распускался чудовищный цветок. Горн слегка развернул “плавунец”, и подводный сумрак прорезала длинная молния, кольнувшая точно в бугор. Тот скачком раскалился до белизны и вдруг взорвался, разлетевшись в клочья. Громадная пасть судорожно захлопнулась, потоками воды амфибию швырнуло на скалы. Каким-то образом Горн сумел развернуть машину и спружинить лапами, иначе страшный удар расколол бы бронеколпак, как скорлупу.

Невдалеке продолжало биться в медленных конвульсиях исполинское тело, и “плавунец” швыряло из стороны в сторону, словно щепку. Боком он устремился вдоль скал — подальше от агонизирующего чудовища.

— Ты убил его? — с трудом прошептал Эрик, трепеща как лист на ветру,— его самого будто захлестывали волны чудовищной боли. Что это, откуда?..

— Вряд ли,— рассеянно ответил Горн.— Хотя теперь оно рискует издохнуть от голода.

— А вы думаете, у него только один излучатель? — продребезжал слабый голос Олта: кажется, его корежило не меньше Эрика. Зато тоненькая Ю казалась такой же спокойной, как и Горн. Еще одно отличие от людей?