Ридж в отчаянии заскрежетал зубами от этих слов, полных высокомерия. Черт! Ей все время удается ставить его перед выбором между злостью и желанием. Еще секунду назад Риджу страстно хотелось занять свои губы чем-нибудь более интересным и приятным, чем спор, но слова этой колдуньи задели его за живое. Ридж расправил плечи и, подобно скале, навис над Сабриной, буравя ее своим взглядам.

– Отлично, мадам. Если вы этого хотите, можете спать на полу. Однако мне все же кажется, что любой муж имеет право, хотя бы на одну ночь супружеского счастья. Я уже начинаю подозревать, что ошибся в своем выборе.

На этой ноте Ридж отвернулся и направился к кровати. Когда он разделся и улегся, девушка с облегчением вздохнула. На этот раз удалось ускользнуть, однако на душе у нее кошки скребли. Казалось, одна ее половина жаждала очутиться в объятиях мужчины, слиться с ним, поддаться страсти, которую он в ней пробуждал, в то время как другая боялась этой близости.

Сабрина была неглупа, перед глазами у нее стоял пример матери. Страсть ради страсти не способствовала возникновению между мужчиной и женщиной длительных и прочных уз – подтверждением тому служила судьба матери. Если она уступит зову плоти, то не сможет выполнить того, ради чего пустилась в этот дальний путь. Прежде всего, она обязана думать об отце – вот ее долг!

Чувство вины охватило Сабрину – если бы она провела последние пять лет с отцом, если бы была рядом, когда он умирал… А она в это время эгоистично заботилась исключительно о своей карьере в театре, вместо того чтобы быть рядом с отцом. Разве мало того, что его бросила Карлотта? А теперь и сама Сабрина оскорбляет память отца.

«Я обязательно исправлюсь, – горячо поклялась себе девушка, утирая слезы тыльной стороной ладони. – Чего бы это ни стоило, чем бы ни пришлось пожертвовать, я обязательно исправлюсь. Тогда душа отца успокоится, а меня перестанет мучить чувство вины».

Да, ее тянет к Риджу – с этим надо согласиться, но перед ней стоит более важная задача. И потом, Теннера интересует только ее тело, а не чувства, которые она испытывает, не её внутренний мир. Брак с ней вполне устраивает проводника, да он и сам сказал, что в Санта-Фе его можно будет признать недействительным. «Если бы я была ему небезразлична, если бы он действительно полюбил меня, он не стал бы смотреть на наш брак как на временный договор», – убеждала себя Сабрина, глядя в темноту комнаты.

«Я не буду влюбляться в Риджа Теннера! – крикнула про себя Сабрина. – Если это случится, пострадаю я, а не Ридж Теннер. Он просто переступит через меня и отправится искать следующую безрассудную жертву». И хотя девушка жила в призрачном мире театра и умело играла любые роли – изображать любовь она не станет, и прежде всего потому, что она не испытывает этого чувства. Сабрина Спенсер успешно ускользала от своих ухажеров, ускользнет и от этого чернокудрого дьявола с обезоруживающей улыбкой.

Луна медленно поднималась на ночном небосводе, а Ридж все еще метался на кровати без сна и в отчаянии бил подушку. Черт побери, и это его первая супружеская ночь! Он опять позволил этой белокурой нимфе взять над собой верх, опять уступил ей.

Интересно, она относится к нему так враждебно из принципа или в нем действительно есть нечто, что вызывает у нее особое отвращение? Проклятие, ни с одной женщиной он не был так терпелив, как с Сабриной Стюарт. А она и знать его не хочет. Что же нужно, чтобы растопить ледяное сердце этой колдуньи?

Ридж сердито напомнил себе, что уже пробовал проявлять такт и понимание, но это нисколько не помогло. Он также пробовал держаться напористо и властно, но этим только больше разозлил Сабрина.

Теннер с обидой ударил кулаком по подушке и посмотрел в окно – все было залито серебристым лунным светом. Он был готов поклясться, что луна смеется над ним… И то правда, есть над чем смеяться. Ночи созданы для любви, а он мучается в одиночестве, да еще в первую ночь после свадьбы!

«Черт! Кто я, мужчина или трусливая мышь? – спросил себя Ридж. – Неужели я допущу, чтобы эта плутовка и дальше верховодила и управляла мною как безмозглой куклой?»

Он со злостью посмотрел на Сабрину, свернувшуюся калачиком на полу. Внезапно ему пришла идея, от которой на его губах появилась дьявольская улыбка. Ко всем чертям благоразумные обещания, что он будет терпеливо дожидаться того дня, когда эта своевольная тигрица сама придет к нему! Он муж, и у него есть все права на нее, пора проявить твердость. Поддавшись этой мысли, Ридж скинул ноги с постели и направился к двери. «Клянусь Богом! Пора научить Сабрину Стюарт Теннер уважать желания мужа», – довольно подумал он.