– Значит, ты понимаешь, что она в отчаянном положении, если согласилась на такой брак? А может, это вообще не ее выбор? Вероятно, Вашел оказался в таких стесненных обстоятельствах, что был вынужден согласиться на брак!

– И что ты теперь намереваешься делать, зная, что наш хозяин – убийца? – спросил Седрик, задумчиво глядя на сына. – Если мы останемся, как бы не случилось чего похуже.

– И закончится точно так же. Я говорю только за себя, отец. Я останусь даже после свадьбы. Если что-то пойдет не так, девушке понадобится защита.

– Но совсем не обязательно твоя, – съязвил Седрик. Однако Рейвен заглушил дальнейшие протесты недобрым косым взглядом.

– Я остаюсь, – повторил он.

– Можешь быть уверен, де Марле не будет медлить со второй попыткой, – предупредил Седрик. – Узнав о случившемся, он постарается ускорить твою смерть.

Рейвен долго молчал, прежде чем вскинуть голову.

– Как бы там ни было, я намерен привезти ему этих двоих и дать понять, что потребуется куда больше, чем двое громил, чтобы расправиться с нами. Может, вид этих бедняг немного охладит его пыл. А я попробую потянуть время, но, так или иначе, выясню отношения с этим человеком. Пусть все, что происходит между ним и дамой, – дело не мое, но вот это… – он бросил взгляд на мертвых, – уж точно имеет ко мне отношение.

Седрик задумчиво разгладил пушистые усы.

– Может, у жабы случится удар, когда она увидит обезглавленные тела.

Рейвен презрительно фыркнул:

– Хорошо бы этот удар свел его в могилу. Тогда леди Абриэль обретет свободу.

– Свободу выбрать другого, хочешь сказать? – ухмыльнулся Седрик.

Рейвен медленно растянул губы в улыбке.

– Знаешь, отец, ты всегда так ловко умел читать чужие мысли, что временами я удивляюсь, зачем беру на себя труд высказывать их вслух.

– Может, через несколько лет и ты приобретешь такое качество, – буркнул Седрик. – А пока следуй моему примеру, если думаешь, что дело того стоит, в противном случае делай, как тебе лучше.

– Я так и намереваюсь, – мрачно согласился Рейвен.

Дойдя до дальнего конца подвесного моста, Рейвен спешился и знаком попросил отца подождать рядом с боевыми конями, поперек которых лежали трупы разбойников и убитый вепрь. Некоторые гости заметили нечто необычное и немедленно выбежали вперед посмотреть, что произошло. Рейвен проигнорировал их. Ему был нужен только один человек, и только с ним он хотел обсудить случившееся. «И если это обсуждение выльется в нечто более энергичное, тем лучше», – думал он, сжимая кулаки.

Вскоре на мосту появился сэр Колберт, молодой человек нормандского происхождения, и прошествовал вперед с видом лорда-шерифа здешних мест. Он пользовался некоторым авторитетом среди друзей, поскольку был дальним родственником сквайра. Кроме того, он питал сильную неприязнь к тем, кто не имел счастья родиться норманном. Единственное исключение было сделано для молодой невесты, которую он во всеуслышание объявил самой прекрасной саксонкой на свете. Рожденный и воспитанный в семье с подобными воззрениями, он научился презирать шотландские кланы, сражавшиеся с его соотечественниками. Поэтому он остановился перед Седриком и повелительным тоном приказал ему положить убитых на мост, где все могли бы их увидеть.

– Мы посмотрим на то, что вы, проклятые шотландцы, спеленали, как мешки для зерна! Если жертвы окажутся нашими друзьями, мы дадим вам хороший урок и отучим зря убивать людей! Думаю, с сегодняшнего дня ваши головы будут выставлены на пиках на всеобщее обозрение.

– Точно, Колберт, ты прав! – прокричал другой всадник, знаком приглашая приятелей присоединиться к ним. – Наставим чертовых шотландцев в хороших манерах прямо здесь и сейчас!

Седрик почти небрежно опустил руку на рукоять меча и спокойно обратился к Колберту:

– И кто, по-твоему, поможет тебе, парень? Предупреждаю, потребуется куда больше народа, чем ты и твои молодые друзья, чтобы совладать со мной.

Второй молодой человек спесиво вскинул подбородок и окинул Седрика ледяным взглядом, после чего осмотрел своих знакомых и родственников, столпившихся вокруг.

– Наверняка мы с Колбертом не одни возмущены этим зверским убийством невинных людей. Что вы скажете, парни? Разве не все мы презираем этих подлых шотландцев? Давайте разделаемся с ними, как они того заслужили. Как разделались с этими беднягами.

Колберт, очевидно, считавший себя главным, властно скомандовал:

– Ну? Что вы имеете сказать по этому делу?

Седрик только головой покачал:

– Во всяком случае, объясняться я буду не с тобой и не с этими деревенскими олухами, которые собрались за твоей спиной, как стадо козлов!

– Ты ответишь за свои преступления, – пригрозил Колберт, – или, клянусь небом, ваши головы немедленно окажутся на пиках!

Он взмахнул рукой, с довольной улыбкой наблюдая, как его сторонники ринулись вперед. Они в два счета справятся со стариком, пока молодой шотландец вернется со двора.