Шрифт:
Райза прислонилась к двери. Колени ее задрожали, она опустилась на пол. Закрыла глаза, беззвучно проклиная его. И Элайну, и Йена. И всех, кто носит фамилию Маккензи.
Глава 5
Бренди и усталость взяли свое. Райза добралась до койки и тут же заснула мертвым сном.
Проснувшись, увидела, что уже стемнело. На письменном столе горела лампа. Интересно, кто входил в каюту и зажег свет? Райза поняла, что спала, наполовину откинув простыню. Кто мог видеть ее?
В изножье кровати лежала одежда – белая мужская рубашка и бриджи. Может быть, она принадлежала Джеремии? Он хоть и высокий, но худощавый. Да, скорее всего это именно его подарок капризной пленнице.
Райза быстро оделась, постаравшись потуже завязать пояс на бриджах. Она очень торопилась, боясь, что кто-то может неожиданно войти в каюту, пока она переодевается. Хотя… от капитана ей больше нечего скрывать. С отчаянием и отвращением она вспомнила, как беззастенчиво срывала с себя одежду перед ним. Какое унижение! Никогда в жизни она больше не прикоснется к бренди! Но только ли бренди виновато в том, что она натворила?
И еще одна мысль мучила ее – о том, что могло бы произойти, доплыви она до корабля с дезертирами раньше, чем он ее остановил. При одном только воспоминании об этой глупости кровь стыла в жилах. Райза даже не пыталась убеждать себя, что дезертиры могли бы помочь ей из верности союзническому долгу. Теперь она не сомневалась: здесь, на корабле мятежников, находится в гораздо большей безопасности, чем где бы то ни было.
Раздался осторожный стук. Райза открыла дверь. На пороге стоял Джеремия, держа поднос с едой.
– Проснулись, мисс Мэджи? Вы, наверное, умираете от голода. Я бы принес вам поесть раньше, но капитан Маккензи сказал, что вы спите, и я не хотел вас беспокоить.
Значит, в каюту к ней заходил не кто иной, как Джером Маккензи… Райза не могла понять, почему, узнав об этом, она испытала радостное облегчение.
– Да, я проснулась, Джеремия. Если это ваши вещи, – она указала на свою одежду, – я вам очень благодарна.
– Мои. Но вам они, кажется, гораздо больше идут. – Он широко улыбнулся.
– Спасибо, Джеремия.
Он кивнул и, пройдя мимо нее, поставил поднос на стол.
– Креветки с темным рисом, мисс Мэджи. Надеюсь, вам понравится.
– Как я понимаю, на корабле выбирать не приходится.
– Нам еще повезло. Наш кок Эванс Дейтер раньше работал в Париже, затем в одной из лучших таверн в Виргинии, а потом открыл свое собственное заведение в Джексонвилле.
– Да, команде «Леди Варины» повезло, что он на борту.
– Янки сожгли его дом и заведение, как только заняли Джексонвилл.
– О…
– Иногда я действительно чувствую себя виноватым, оттого что так хорошо ем. В других местах солдаты сидят на сухарях и горьком кофе.
Райза с некоторой растерянностью смотрела на юношу. Какое у него приятное открытое молодое лицо…
– Ты не должен чувствовать себя виноватым, Джеремия. Ты слишком молод, чтобы участвовать в войне.
– Многие из моих сверстников уже погибли, мисс Мэджи. Я считаю, мне очень повезло. Ведь я попал на этот корабль и служу капитану Маккензи.
Райза ничего не ответила. Попробовала креветки. Какой восхитительный вкус! Нет сомнений в том, что корабельный кок мастер своего дела. На подносах, которые он присылал, всегда была отличная еда, к тому же блюда всегда были красиво оформлены. На этот раз он свернул салфетку, придав ей вид цветка. На тарелке лежал ломоть свежей дыни. Поднос украшал хрустальный бокал с рубиново-красным бургунди.
При взгляде на вино Райза застонала. Джеремия встревожился:
– Что-нибудь не так, мисс Мэджи? В рисе могут быть соринки. В мясе, например, иногда появляются личинки мясных мух, поэтому наш кок предпочитает свежие морские продукты.
– С рисом все в порядке, Джеремия. Просто… А кофе нет?
– Без молока будете пить? Сахар у нас есть. Можем, наверное, купить и немного свежего молока. Мы как раз сейчас закупаем провизию…
– Черный кофе прекрасно подойдет.
Он улыбнулся и вышел из каюты, горя желанием доставить ей удовольствие. Вернулся всего через несколько минут, однако за это время Райза почти доела все, что было на подносе. Она действительно умирала от голода. А теперь головокружение прошло.
Джеремия вошел с кружкой дымящегося кофе, когда она пережевывала последний кусок. Кофе оказался восхитительным. Райза с наслаждением пила его, и вдруг почувствовала желание опустить голову на стол и зарыдать. Этот мальчик достоин восхищения! Так предан своему капитану и в то же время полон желания сделать ей приятное… И он только что сказал правду. На этой войне погибают мальчики вроде него. Эта война многих сделала врагами.