Шрифт:
Саша уже закончил уборку площадки перед гаражом, и отдыхал, сидя на стуле под присмотром одного из сотрудников, когда лысый с «ежатым» и лейтенантом спустились вниз.
Увидев выражение их лиц, Саша понял, что произошло что-то чрезвычайное и насторожился.
– Поехали, – коротко сказал ему «ежатый», мотнув головой в сторону выхода.
– Куда еще? – обмирая, спросил его Саша. Паника, промелькнувшая в его глазах, не укрылась от внимания оперативников.
«Похоже, Визорин был прав – наш парнишка что-то знает», – подумал про себя лысый, глядя, как «взбледнувший» дворник медленно поднимается со своего места.
Глава шестая
До места встречи они добрались без приключений. Никто их не останавливал и не проверял.
Наконец, притормозив через несколько часов у одному ему известного ориентира на обочине дороги, Филипп вышел из машины.
За окнами было уже темно. Огни редких машин, проезжающих мимо, освещали на мгновение окружающую местность.
Филипп нервно оглядывался по сторонам, пытаясь рассмотреть что-то в темноте. Федор тоже вышел из машины и встал рядом с Филиппом.
Вдруг справа, на фоне черного леса, обступившего дорогу, появился прыгающий луч света, который начал приближаться к ним.
– Ага, вот и он! – обрадованно воскликнул Филипп, наблюдая, как к дороге приближается «снегоход» его дядьки, позади которого подпрыгивали сани-волокуши.
Филипп открыл дверцу машины и несколько раз поморгал фарами, указывая родственнику, где его ждут.
Лихо притормозив рядом с ними, «снегоход» обдал Федора снежной пылью и остановился.
Филипп поспешил к нему.
– Здравствуйте, дядьку Григорию! – сказал он, обнимая старика в ватных штанах и куртке.
– Здорово, Филипп! Ну, чего стряслось? – спросил тот.
– Уходить буду, дядьку, времени нет рассказывать. Надо вот этих людей укрыть у вас, пока я прочищаю пути. Как у меня все будет готово, я вам радирую, нужно их будет в Абакан доставить.
– Добро! – коротко ответил старик, бросив исподлобья взгляд на Федора и сидящих в машине Леонида с Есенией. – Тогда пусть грузятся, дорога неблизкая.
Он слез со «снегохода» и, подойдя к саням, прицепленным сзади, сказал, обращаясь к Федору:
– Я тут вам тулупчики захватил, чтоб не померзли в пути…
– Спасибо, – ответил Федор, скупо улыбнувшись. – Не померзнем, – и, повернувшись, он махнул рукой Леониду и Есении.
Есения, выйдя из машины, зябко поежилась, почувствовав, как морозный воздух бросился ей в лицо, и скептически посмотрела на сани, в которые им предлагали садиться.
– А мы здесь разве втроем поместимся? – спросила она шепотом, поворачиваясь к Леониду, выходящему из машины следом за ней.
Тот, окинув взглядом сани, тоже озадачился и предположил:
– Ну, если сесть, как в танце «Летка-енка», то – наверное…
Федор подал Есении тулуп, который оказался ей до пят, и сказал:
– Лёньша, ты садись позади Есении, а я спереди буду ее прикрывать.
– Ну, что я тебе говорил? – рассмеялся Леонид. – Настоящая «Летка-енка» получается…
– Раньше бы ты сравнил это со слоеным пирожком или еще с чем-нибудь съестным, – улыбнулась Есения.
– Все течет, все изменяется, и я тоже не стою на месте, – улыбнулся Леонид, надевая и ему предложенный тулуп, после чего, усевшись в сани, похлопал ладонью перед собой, приглашая садиться Есению.
Она, путаясь в длинных полах тулупа и переваливаясь, как медвежонок, забралась на сани и села, прислонившись спиной к груди Леонида.
Федор, вытащив из багажника машины два рюкзака с припасами, которые они пополнили по пути в местных магазинчиках, присоединился к ним. Сев поудобнее и взявшись за передок саней, он повернулся к стоявшим поодаль Филиппу и Григорию Тарасовичу:
– Мы готовы!
– Да, да, сейчас! – отозвался Филипп и стал что-то тихо говорить старику.
Тот слушал, понурившись, а потом вдруг неожиданно крепко обнял племянника, троекратно расцеловал его и, оттолкнув от себя, направился к «снегоходу».
– Я радирую вам! – крикнул ему вслед Филипп, отступая к своей машине. – Счастливо добраться, не волнуйтесь – все будет хорошо!
Последняя фраза, видимо, была уже адресована троице беглецов, поэтому Леонид благодарно помахал ему рукой и едва успел вцепиться в борта саней, когда Григорий Тарасович резко принял с места.
– Ой, мама! – охнула Есения, обхватывая Федора за мощную талию. – Мы же выпадем!
Леонид, сидящий позади нее, придвинулся к ней ближе и, перекрикивая порыв ветра, бьющий на скорости прямо в лицо, успокоил Есению: