Впрочем, решила Фиона, наблюдать за тем, как Джонатон вышагивает по комнате, не так уж и неприятно. В конце концов, маркиз являл собой впечатляющую фигуру, но, без сомнения, она могла бы занять себя чем-то более стоящим, чем сидеть в ожидании гениальной фразы, которая вот-вот сорвется с его губ.

Подумав об этом, Фиона невольно усмехнулась.

Джонатон тут же подозрительно посмотрел на нее:

– Вы что-то сказали?

– Так, ничего. – Фиона улыбнулась более приятной улыбкой, затем после паузы добавила: – Однако я все же хотела бы кое-что сказать. – Она поднялась, опираясь ладонями о стол. – Джонатон, мы находимся здесь уже несколько часов, но вы пока не продиктовали ни единого слова.

– Смею заверить, что прошло не так много времени. – Маркиз вынул из кармана золотые часы и взглянул на них: – Ну вот, еще не прошло и часа.

– А мне показалось, что значительно больше.

– Знаете, определиться с идеей нашей истории не так-то просто.

– Очень жаль. – Фиона вздохнула.

– Писать чрезвычайно трудно. Это не то что рисунок…

– Рисунок?

– Да. Вы должны признать, что рисовать куда легче, чем сочинять.

Фиона мгновенно выпрямилась и скрестила руки на груди.

– Объясните, пожалуйста, почему.

– Рисуете вы с чего-то, что уже создано. К примеру, перед вами пейзаж, или ваза с цветами, или, – маркиз сделал эффектную паузу, – обнаженная фигура. В этом случае вы просто рисуете то, что видите, тогда как создание текста начинается с идеи, притом довольно смутной. – Он выразительно постучал пальцем по лбу. – И идея должна прийти исключительно отсюда.

Фиона фыркнула:

– Но вам она так и не пришла.

– Всему свое время, – высокомерно произнес Джонатон.

– И сколько еще времени мне ждать?

Джонатон вскипел:

– Да поймите же, нельзя написать что-либо по команде!

Фиона задумчиво посмотрела на него:

– Я смогу написать.

Джонатон лишь покачал головой:

– Нет, вы не сможете.

– Хотите пари?

– Нет!

Однако когда прошло еще несколько минут, маркиз неожиданно переменил свое решение:

– На что мы поспорим?

Фиона подумала несколько мгновений.

– На сто фунтов.

– На сто? – Маркиз был явно поражен.

– Сейчас самое подходящее время для того, чтобы начать создавать мой капитал, а вы наверняка можете себе позволить потерю ста фунтов.

– Да, но у вас нет ста фунтов для заключения пари. Что я получу, если вы проиграете?

– Я не проиграю. – Фиона надменно улыбнулась.

– В таком случае зачем же мне заключать пари?

– Ну, как хотите. – Фиона пожала плечами.

– Если я соглашусь на пари, я хочу иметь хоть что-нибудь на кону на тот маловероятный случай, если вы проиграете.

– У меня мало вещей, на которые я могла бы спорить. – Фиона показала рукой на рисунки, потом на шкаф: – Мои работы. Мой гардероб. – Она улыбнулась. – Я очень люблю красивые платья, в особенности если они французские. Еще у меня есть кое-какие драгоценности.

– Оставьте их себе.

– Так что же вы хотите получить в случае моего проигрыша?

– Не знаю. С учетом ваших ограниченных финансовых возможностей чего-то очень простого. – Маркиз улыбнулся странной улыбкой. – Например, поцелуй.

– Поцелуй? – В голосе Фионы послышалось удивление. – От женщины, на которой вы не хотите жениться?

– Поцелуй – не повод для женитьбы; в противном случае я уже женился бы не менее сотни раз.

– Как и я. – Она вызывающе дернула плечом. – Но мы ведь уже целовались, и даже дважды.

– О, это совсем не то.

– Тогда я думала, что вы собираетесь жениться на мне, а вы думали, что я про…

– Актриса, – быстро проговорил маркиз. – Очень хорошая актриса. И поскольку те поцелуи – всего лишь следствие заблуждения, они не в счет. Так что можно сказать до сих пор мы вообще не целовались.

Фиона прищурилась:

– Не целовались?

– Нет. Полагаю, первый поцелуй с вами вполне может стоить сто фунтов.

– Простой поцелуй – сто фунтов? – Фиона тихонько рассмеялась. – Я польщена.

– Это не просто поцелуй, а первый поцелуй, и поэтому он так ценится. – Голос у маркиза звучал мягко, но глаза его сверкали. – И потом – кто знает, что может произойти после первого поцелуя…

– Вы дьявол-обольститель, Джонатон, и притом опасный. – «Однако же нет никакого вреда в том, чтобы позволить себе немного с ним пофлиртовать». – Так мы заключаем пари?