–  Что же, дела торговые мы обсудили. Зачем вы хотели видеть меня, господин Ву? Верно, у вас есть нечто иное на продажу? Но если я не так состоятелен, чтобы быть вашим клиентом…

Седой демон замялся.

–  Верно, с деньгами у вас плохо. Но это маловажно. Ваш род столь древен, что деньги для вас не должны быть основой. Ведь есть иные возможности…

Хашур вновь умолк, подбирая нужные слова. Нобунага пожал плечами:

–  Если вы так хорошо знаете наш род, то должны знать, что подарки я не имею права принимать.

–  Да, господин Нобунага. Я слышал об этом. Старое правило, древнее даже этих машин.

–  Так что же вы хотели?

Медленно, мешая в словах времена и лица, седой хашур начал свой рассказ. Он вдруг словно разучился нормально говорить, вспоминая нечто очень далекое:

–  Старый Ву обязан… один… человек. Но мой долг… не нужен. Нет, не так! Просто Старому Ву нечего ему предложить. Он… У него есть… Да, почти все. Мне нет возможности расплатиться. Но я могу предложить свою помощь вам. А через вас - другим людям Кинто. И тем уменьшу свою обязанность… тому человеку.

–  Вернуть долг? Через меня? Странно… И… он столь велик, ваш долг?

В этот миг ветер рванул их за волосы. Серебро в гриве демона коротко звякнуло. Хашур явственно вздрогнул и огляделся. Казалось, что он к чему-то прислушивается. Вокруг было пусто и тихо, лишь ветер пел тоскливую песню в ущелье. Демон успокоился и ответил:

–  Да. Нет. Так случилось, что Старый Ву сам определит, когда долг будет выплачен. В этом мой кредитор оказался милостив.

–  Милостив?
– Нобунага покачал головой.
– Скорее - жесток. Это страшное условие.

Хашур вздохнул:

–  Полагаю, все же, господин архивист, что милостив.

–  Что же, вам лучше знать.

–  Да, это очень старая история. Не будем о ней.

Нобунага согласно кивнул. Хашур нервно потер ладони нижних рук, огляделся и продолжил:

–  Кредитор Старого Ву сказал, что я могу понадобиться вам. И вот Старый Ву здесь, уважаемый архивист. Понимаю, мое появление неожиданно и несет в себе много вопросов. Но вам нужно либо поверить, либо отказаться от моих услуг. Старый Ву не сможет вам даже поклясться. Ничем, кроме здоровья внуков.

–  А как же Рассвет?

–  Это не моя вера, господин архивист. Это сказка для молодых, которую они придумали для оправдания своих дел. Они верят в Рассвет, даже сильнее чем верили их предки трис… хррр… не будем вспоминать! Да, Ву слишком стар для этой новомодной чепухи.

Ветер хлопнул полой кинну Нобунаги и звякнул серебром хашура. В этот раз и старику почудился чей-то далекий голос. Демон вздрогнул и вновь огляделся по сторонам. Затем наклонился к человеку и прошептал:

–  Придумайте клятву и я ей поклянусь…

Он явно нервничал.

–  Мне достаточно вашего слова, господин Ву.
– покачал головой Нобунага.
– Сегодня я хоронил брата… и огонь принес мне странное. Я знаю, мир меняется и скоро изменится еще сильнее.

Хашур согласно кивнул.

–  Да, мир меняется. Скоро - очередное Канджао. А ваш брат…

–  Он умер не просто так. В его доме побывали ваши собратья…

–  Старый Ву знает об этом. Но это не хашуры моего племени, они подчиняются Повелителю. Его зовут Масадо, но иногда он становится столь нагл, что зовет себя Повелителем Хёггивашэ.
– Седой демон зло усмехнулся.
– Сегодня мы встретимся с ним.

–  Мы?

–  Да, уважаемый архивист. Сегодня хороший день, чтобы навестить моего далекого потомка, который подарил себе столь интересное имя. Вы согласны?

–  Мои люди устали. Мы проделали долгий путь, а до города еще далеко.

Демон довольно оскалил клыки:

–  Мы успеем, господин Нобунага. Везде успеем. Верьте мне, господин архивист, везде!

Он подошел к краю выступа и поднял верхние руки. Несколько ударов сердца и из бездны поднялись десять рукотворных птиц. Флаеры выстроились полукругом, центром которого оказался седой демон. Полированная сталь древних машин слепила оранжевым огнем закатного солнца. Казалось, будто оно по-свойски приобняло Старого Ву.

Хашур повернулся к Нобунаге и усмехнулся:

–  И не забудьте, меня зовут Хэг!

–  -

Ветви хлестали по рукам.

Лес слился в зелено-серую полосу с коричневыми пятнами. Сосны, осины и дубы мелькали, на миг расступаясь светом прогалин и вновь смыкаясь темными и сырыми чащобами. Сердце стучало, отбивая яростный ритм. Горло жгло огнем, и едкие горячие капли ползли по лицу.

Вот!

Масадо выскочил на узкую поляну и тут же резко остановился. Впереди еле заметно ворохнулись кусты. Хашур довольно ухмыльнулся и отвел назад верхнюю правую руку. В ладонь тут же легло полированное древко дротика-нагэ. Начальник охраны знал свое дело, и с Повелителем на охоту отправил самых легконогих воинов. Они следовали в трех шагах позади и каждый нес по два десятка дротиков.