– Николь Эйвон, я была у вас сегодня днем.

– Ах да, конечно, и о чем я только думаю…

– Я не слишком поздно? Может, вы хотите, чтобы я перезвонила завтра?

– Нет, все в порядке, уверяю вас…

Теперь в ее голосе чувствовалась прежняя сердечность.

– Если у вас найдется минутка, я бы хотела кое-что уточнить. Отчего именно умер ваш муж?

– От сердечного приступа.

Николь дотянулась до записной книжки и нацарапала карандашом: сердечный приступ.

– Было ли сделано вскрытие?

– Нет, я отказалась. Понимаете, одна мысль о том, что тело моего мужа будет разрезано на куски, чтобы удовлетворить нездоровое любопытство посторонних людей… И потом, зачем, ведь мой муж умер естественной смертью, причем там было много народу. Если бы у меня возникло хоть малейшее сомнение, конечно, я бы приняла иное решение.

– Понимаю. А скажите, у вашего мужа прежде были проблемы с сердцем?

– Много лет назад у него случился продолжительный обморок.

– Обморок?

– Микроинфаркт. В ту пору он вообще не болел и соответственно недолюбливал врачей. Поэтому он понятия не имел, что у него повышенное давление, по всей видимости, оно и стало причиной инфаркта; после этого, конечно, он побывал у врача и с религиозным рвением стал принимать каждый день лекарства.

– Понимаю.

Она спешно пометила: высокое давление. Затем добавила: лекарства… Вот здесь, пожалуй, стоит покопаться.

– А как он себя чувствовал в то утро, когда?… – продолжила она.

– Я… я не знаю.

– Не знаете?

– Нет, просто меня не было с ним. Он собрал совещание в отеле «Риц» на Палм-бич. Я должна была присоединиться к нему в воскресенье вечером, но утром того рокового дня он скончался во время ланча.

Почему Симпсон предпочел отправиться в «Риц» в одиночку, ведь на деловые завтраки обычно приглашают и жен? Может быть, он просто хотел провести уик-энд со своей любовницей? Именно к этому выводу пришел бы Роджер, исходя из чисто мужской логики.

– Вы не могли его сопровождать? – спросила Николь.

– Нет, я была, далеко. Я провела неделю в Нью-Йорке у свояченицы, которая приходилась крестной Лизе.

– В Нью-Йорке? – переспросила Николь.

– Да.

– По какому-то особому случаю?

– В общем… нет. – В голосе миссис Симпсон чувствовалось колебание. – Я обычно навещаю ее хотя бы раз в год.

– Вы всегда отправляетесь на неделю?

– Нет, скорее на выходные, но на этот раз…

– На этот раз?

– Ну, у ее мужа (это брат мистера Симпсона) возникли финансовые трудности, и он хотел одолжить у Джорджа три миллиона. Так что мне нужно было объяснить ему…

– Объяснить что?

– Что мой супруг не сможет предоставить ему эту сумму. Естественно, не потому, что у него нет таких денег. Просто три года назад он одолжил брату пятьсот тысяч долларов, а тот их так и не вернул, хотя обещал вернуть долг через год. Впрочем, Джордж не заблуждался на этот счет, потому что вместо того, чтобы поставить имя своего брата на корешке чека, он написал: долговое обязательство, не подлежащее возмещению. Я помню, так как он показал мне чековую книжку. Я сказала тогда: «Да здравствует доверие!» А он просто ответил: «Хочешь пари?» Я не рискнула. Заметьте, я бы никогда не осмелилась спорить с ним в делах, касающихся денег. Понимаете, мой муж в этой области был настоящим гением. Он говорил, что стал богатым просто потому, что сумел разгадать, что на самом деле думает большинство людей.

– Ваша свояченица, должно быть, была расстроена?

– Конечно, но знаете, богатый человек не должен бросать деньги на ветер. Джордж всегда придерживался этого правила, и именно поэтому у нас остались кое-какие средства.

«Конечно, четыреста миллионов – сущие пустяки! Решительно, все в жизни относительно», – подумала Николь. Но она подавила свою реакцию и вслух произнесла:

– В любом случае люди вольны делать все, что хотят, со своими деньгами.

Она явно доставила удовольствие миссис Симпсон, ибо та вполне разделяла эту здравую идею.

– Именно так! – поддакнула вдова. – И потом, должна вам сказать, что мой супруг не одобрял то, как его брат вел дела. Он всегда находил его способ управления расточительным и экстравагантным, именно это ему претило.

– Когда ваш родственник узнал, что не получит займа, то, должно быть, обиделся?

– Думаю, да, потому что моя свояченица призналась, что у ее мужа серьезные затруднения; в общей сложности он рискует потерять все, если не найдет деньги в течение нескольких последующих недель… Ему принадлежит раскрученный ресторан в Нью-Йорке, приносящий неплохой доход. Он называется «Зеленая лягушка», возможно, вы о нем слышали?