– О, Брюс скоро вернется. Он будет веселый и послушный и будет искренне предан вам, Мари. И вашему папе. Кирилл, – сказала Натали, завладевая коммом и набрав номер, – вы будете... – Она нервно икнула и проглотила то, что хотела сказать. Кошка внутри ее живота раздирала внутренности когтями. – Вы знаете, кто заказал Брюса?

– Уже полчаса как догадался сам. Мальчик с вами?

– Уже нет. Люссак забрал его. Он сделает из него шебианскую «куклу», а после оригинал... – она закусила губу, – уничтожит.

– Логично. Вы можете выйти? Если да, немедленно езжайте ко мне в гостиницу. Пока идете на выход, держите комм включенным. Все время говорите, где вы, чтобы я знал. Что у вас с голосом?

– Ничего, я... Мари, где тут выход?

Что-то странное происходило с зеркалами и серебристым колером стен. Свет тут был скудным, лампы горели только над умывальными раковинами. Девочка смотрела с ужасом, но молчала... к счастью... все то время, пока сталь и серебро наливались сперва розовым, а потом – багровым.

Звонок, и Кирилл кинул комм к уху. Еще раньше Вале дал секретарше знать, что занят, чтобы не беспокоили.

– Простите, что я вам звоню, – сказал девичий голос. – Это Мари Люссак. Я просто набрала «последний звонок». Я... я не знаю, что делать, мадам Натали потеряла сознание. Ее рвало, и у нее кровь возле рта.

– Где вы? – проорал Кирилл.

– В главном здании Летной Академии, в Белом Кабинете, примыкающем к Стальному Залу. В женском туалете, – смущенно добавила девочка.

– Я знаю, где это!

– Я боюсь, что она... Я должна вызвать врача.

Кирилл хватанул ртом воздух и вспомнил, что не он хозяин этого кабинета. И не он хозяин хозяина.

– Мари, – сказал он, – вы можете взять на себя это дело? Я имею в виду – поручиться, что миледи не отправят на тот свет в ваших чертовых, – вот ведь не удержался, – больницах? Вы можете управлять персоналом авторитетом вашего имени? Вашей личной честью? Тогда я доверю миледи вам. Мы не воюем с вашим отцом, но уничтожать своих друзей я не позволю!

– Позвольте мне, – неожиданно предложил Вале. – Мадемуазель, сейчас к вам подъедут монахини из миссии Пантократора. Это независимая медицинская помощь, им вы можете доверить жизнь миледи. Они назовут вам кодовое слово. Э? – Он обернулся к Кириллу. Есть предложения?

– Имя той, которую вы потеряли. Она поймет, когда услышит.

– Имя той, которую вы потеряли, – повторил Вале в микрофон, хотя Мари, без сомнения, слышала. – Летная Академия не частный дом и не правительственное здание, монахинь туда не могут не пустить. На такой случай туда же подъедет машина с прессой. До тех пор никто не должен прикасаться к миледи. Проявите характер, если потребуется. Вы меня поняли? Отбой.

– Это, наверное, язва, – предположил Кирилл. – Я не много знаю о болячках, но слыхал, что случается на нервной почве. Ничто не помешает Люссаку взять под опеку Брюса Эстергази, если мать умрет.

Вале только кивнул, набирая очередной номер на персональном комме.

– Магне? Мне нужна твоя жена. Да, срочно! Натали Эстергази в больнице, нужно, чтобы возле нее был кто-то свой. Забрось Мэри-Лиис в миссию Пантократора, сам потом ко мне. После объясню. Отбой.

Дека пискнула, подавая сигнал, что запрос обработан.

– Вот ваш человек. Все случаи официальной регистрации в сетевых системах: въезд на планету, гостиница, операции на расчетном счете, приобретение билетов в кассах... О, а если вы хотите его перехватить, стоит поторопиться. Через час его уже тут не будет. Билет у него к черту на кулички... причем с пересадками.

– Это такая она, вожделенная демократия в действии? – ухмыльнулся Кирилл. – Свобода личности, неприкосновенность частной сферы, личное информационное пространство...

– Но вы же не будете отрицать, что это удобно? Кто этот парень, если не секрет?

– Еще один, кто вылезет из шкуры ради матери и сына Эстергази. Во всяком случае, я думаю, что вылезет, если он не совсем скотина. К тому же никто лучше него не осведомлен насчет Шебы. Номер комма есть там?

– Недействителен. Счет у оператора закрыт. Похоже, малый собрался отсюда навсегда.

Кирилл встал.

– Благодарю вас, – сказал он. – Я мчусь в космопорт. Могу я попросить вас и далее присмотреть за миледи Эстергази? Я не могу предоставить ее сомнительной милости Люссаков.

– Даже больше, – ответил Вале и повторил: – даже больше. Возьмите мой служебный флайер с шофером и возвращайтесь сюда оба!