Все-таки он был еще очень слаб. Раны на бедре и плече давали о себе знать. Ему пришлось опереться на Элибер. Он вошел в комнату и попытался сделать несколько коротких вздохов, стараясь подавить боль и головокружение. Элибер оставила его одного и пошла закрывать дверь. Она опустила шторы и выключила свет. Джек заморгал. Ему надо было привыкнуть к темноте.

– А может выключить свет еще и у кресла? – она нажала на выключатель. – Черт! Кажется, выключатель сломался. – В полумраке комнаты раздался незнакомый голос:

– Не утруждай себя, Элибер. Я вижу хорошо.

Элибер подскочила к окну и отодвинула шторы. В глубине комнаты блеснул золотой окуляр. Лицо их посетителя здорово изменилось: глубокие морщины прорезали лоб, черные кудри поседели. Незваный гость сжимал в руке пистолет. Джек знал этого человека очень хорошо. В прошлом – дезертир, в настоящем – подонок... Балард...

Джек сжал кулак и постарался выпрямиться.

– Как ты сюда попал? Балард взглянул на Элибер:

– Она знает наши способы. Видишь ли, она купила глушилки несколько месяцев назад.. А вместе с ними было довольно просто всучить вам мой микрочип, так что ваш дом для меня сделался открытым. Я подумал, что мне это пригодится, – Балард помолчал и поднял руку: – Прежде, чем ты меня разорвешь, Шторм, позволь мне все же сказать, что я не причастен к тому, что случилось в прошлом году.

У Джека не было оснований верить ему:

– Но террористы принесли мне довольно-таки необычную визитную карточку – твой глазной протез.

– Это проделал ублюдок Уинтон. Он вырвал мне глаз, – Балард холодно улыбнулся. – Я не думал, что смогу снова достать такой же. Но Уинтон мне отлично заплатил. К тому же я отыскал очень хорошего хирурга. А потом... в общем, я скрывался до тех пор, пока не узнал, что ты убил Уинтона на Битии.

– Ну и что же заставило тебя вылезти из твоего убежища?

– Война. – Балард пожал плечами и сделал неопределенный круг пистолетом. – Я выпивал в баре. И вдруг увидел на экране тебя. Ты выступал в Конгрессе. Мы так гордились тобой, Джек! А я был самым первым из тех, кто назвал тебя последним живым рыцарем. Я хочу, чтобы ты это помнил. Я ведь знал, кто ты, но даже потеряв глаз, я не сказал об этом Уинтону. Он подозревал тебя, но правды узнать не мог.

Джек покачал головой:

– Ты дезертировал, Балард, и забрал с собой бронекостюм.

Балард отвернулся и сплюнул на ковер:

– Послушай, герой. Если бы не такие подонки, как я и Элибер, ты бы и двух недель не протянул на Мальтене.

Джек прыгнул так быстро, что Балард не успел отреагировать. Шторм сгреб рукой его рубашку и сильно тряхнул Баларда. Пистолет упал на пол. Элибер схватила его и отошла в сторону.

Балард стукул зубами и быстро сказал:

– Конечно, я не прав. Элибер не подонок и никогда им не была. Ладно, Джек, отпусти меня. Я пришел, чтобы помочь тебе.

Джек покачнулся и отпустил Баларда. Тот вздохнул и смахнул волосы со своего золотого глазного протеза.

– Говори быстро, в чем дело, и уматывай.

– Хорошо, Элибер... – живой глаз Баларда с тревогой взглянул на нее.

– Она сама о себе позаботится, – ответил Шторм.

Балард пожал плечами:

– В этом нет ничего хорошего, Джек. Впутывать ее в это дело совсем не стоит. Ну да ладно, – он осторожно сунул руку в карман своей куртки. – Я принес тебе кое-что. – В руке блеснула маленькая кассета. Балард щелчком послал ее в воздух. Джек лениво поймал ее.

– Что это?

– Это, мой рыцарь, кое-что такое, о чем вам совсем не мешает знать. Ходят слухи, что новый министр полиции желает сделать Уинтона чем-то вроде святого. А на небесах больше чудес, чем ты или я можем себе представить. – Балард хитро улыбнулся. – Потом ты поблагодаришь меня за это. А если тебе нужен будет свидетель, дай мне знать. – Не обращая внимания на Элибер, он встал на ноги и проковылял к двери.

Элибер нацелила на него пистолет. Джек махнул рукой:

– Ладно, Элибер, пусть он уходит.

Элибер негодующе фыркнула и сказала язвительно:

– А впредь никогда больше не путай меня с собой.

Балард остановился. Он развязно взял ее за подбородок и медленно проговорил:

– Нет. Я больше не сделаю такой ошибки. Я приношу тебе извинения, малышка, – он посмотрел на Джека, а потом опять на Элибер, и продолжил: – Скажем так: маленький и ревнивый человек может делать острые замечания.

Элибер была в явном замешательстве. Балард не стал дожидаться ее ответа. Он повернулся и ушел.

Джек держал кассету с записями в ладони:

– Давай посмотрим, что же это такое, – сказал он Элибер.

Запись кончилась. Элибер удивленно посмотрела на Джека. Она стояла на коленях на холодном полу.

– Что же это такое происходит? Джек сидел в сломанном кресле. Он барабанил пальцами по подлокотнику.

– Да-а... Это означает, что кто-то прошел и первичную и вторичную системы предупреждения, а потом преодолел щиты. Компьютер, кажется, был прав: это совсем не траки. Тем потребовалась бы как минимум неделя, чтобы пробить щиты около Океаны. И только потом они достигли бы поверхности. Насколько мне известно, ни у кого не существует технологии, позволяющей огибать щиты так, будто их и вовсе не было.