Шрифт:
– А на том?
– Что на том?
– Ну на том свете ничего не видали?
– Ты все дурачишься, для тебя все хихинки да хаханки. А я говорю дело. Поверь мне, ты можешь стать полубогом, хотя сам об этом не догадываешься.
После его слов мне стало как – то хорошо, я стал шутить, сыграл с ним в нарды. Даже поверил ему. А кто не хочет верить в свое полубожество?
Но я то знаю, что он меня вербует. Я знаю, что стоит за этими словами.
Я думаю, вот если бы эти русские разведчики вербовали бы не меня, а других моих коллег из моего управления. Да они бы все наше здание
КГБ превратили бы в свою агентуру, если еще не превратили.
Потом как ни в чем не бывало, будто не было этого уговора, Сан
Саныч придвинул стул поближе, обнял меня за плечи.
– Рустам, дорогой, подпиши бумагу, а? Умоляю тебя.
Он придвинул ко мне белую блестящую бумагу, перед моими глазами мелькала ручка.
– Не надо, Сан Саныч, мы же договорились.
– Ах да – да, -да!…все, все! Больше не буду, – он как будто что
– то вспомнил.
И разговор вдруг прервал звонок его мобильника. Он отошел поговорить в строну.
Хрен вам, а не вербовку! Шиш! Хуюшки вашей Дунюшке! Не дождетесь!
Я это все прекрасно знаю, поэтому мне скучно.
Я решил про себя: еще немного поиграюсь с этими русскими и пошлю их на хуй!
Все – таки, как ни крути и не верти, а приятно, когда тебя вербуют. Значит, я кому – то нужен, и не просто кому, а российской разведке.
Сегодня мы сидели с Сан Санычеем на их явочной квартире в поселке
''Монтино''.
Сиди на диване, пьем Боржоми.
Он мне говорит:
– Ты, Рустам, не боись. То что с тобой сделал Вильгельм, никто не узнает. Никто! Лично я уже забыл про это. И про девушек забыли, и про Лилю…
Я прожег его глазами, чуть вспыхнул, промолчал.
– А если даже произошла ошибка, особенно с Лилей, то ее легко исправить.
– А какая такая ошибка произошла с Лилей?
– Да не бери ты в голову, парень. Чекист ты или портянка, в конце концов? – буркнул Сан Саныч. – Да и самое главное: нам, русским офицерам, нужны солидные значимые люди. Каким являешься ты. Вот.
Ты думаешь, легко отыскать таких как ты? Нет уж, отнюдь!
В Баку таких серьезных и содержательных людей и под микроскопом не сыщешь.
Ты нам нужен, Рустам! Помоги нам!
Подпиши эти бумаги (подложил к себе папку), и я тебе обещаю, ты будешь богат как арабский шейх.
Клянусь Богом! – он перекрестился. – Никто, слышишь, никто не посмеет тебе что либо сказать, да и не узнает об этом никто.
– Сан Саныч, так вы же обещали что я пока вам не нужен, мол, вы меня пока не будете вербовать. Что так? В Москве торопят?
– Да, торопят! Просто дело спешное, очень спешное. Рустам, мне еще так никогда не было трудно как с тобой. Ни с кем! Я всех спокойно привлекал, а ты артачишься. Зачем? Че ты зубанишься?!
Мы испытываем затруднения, помоги нам. Естественно, что мы должны обратится за помощью к тебе, чтоб ты помог нам в решении ряда очень сложных задач.
И это дело поручили мне, Рустами. Мне! – он тронул себя в грудь.
Я буду очень признателен и благодарен тебе за твою любезность помочь нам в этом деле.
Он вновь придвинул мне пару чистых листов бумаги.
– Сан Саныч, давай так…Не сегодня, хорошо? Я подпишу, но не сейчас.
– А когда же?
– Я еще раз хочу обдумать этот вопрос. Все нормально, просто я сегодня не готов, не тот настрой.
Не хотелось мне с ним спорить и пререкаться.
– Без проблем, ничего. Когда скажешь. Но Рустам, лучше не тянуть с этим. И тебе будет хорошо, и нам. Как это…и волки говорит, сыты, и овцы целы.
– Ну и кто волки? Русская разведка что ли? – бросил я ему.
– Да это я так, Рустам, к слову. Что ты придираешься к словам?!
Погода в Баку гениальная. Супер! Даже не бабье лето, а просто лето продолжается, оно не закончилось. Но сентябрьское лето в баку, это не июль и не август.
Дышится, воздух свеж, а вечерами вообще веет необыкновенной прохладой.
И вот в такую шикарную погоду на работе нас загнали в актовый зал, и председатель КГБ, точнее наш министр, глядит на нас с президиума из под очков, точно как Лаврентий Берия, и внезапно завопил, загундосил на весь зал.