Шрифт:
«Оно в воде не тонет, это точно», – мрачно подумал Роман.
– Слушай, я отлить схожу, ты подожди, ладно? Мы с тобой еще не закончили.
«Эк его печатным словом к стене приперло! – дивился в одиночестве производитель шлагбаумов. – Аж дух захватывает! Собственный труп сильно пошаливает у мента. В придачу к язве».
21. Объект минирования
Мент вернулся с озабоченным выражением на лице и сходу поделился с Романом свежайшей мыслью.
– Слушай, облом получается. Крутой облом.
– На службу вызывают? – вежливо поинтересовался Роман.
– При чем тут служба? На меня просветление сошло в сортире.
– Необычное место для сошествия.
– Нормальное. Как все. Я вдруг подумал… аж сверкнуло в башке. Вот мы тут с тобой сидим, базарим о манипулировании сознанием и воображаем себя такими крутыми, совсем не детер-минированными. Вроде как сами по себе – захотели и раскладываем на кости всю эту байду. Свободные белые люди.
– Сидим, базарим, – согласился Роман. – А что?
– Да все эти умные базары – тоже из сценария! Часть шоу-программы. Задумано так, понимаешь? Вроде приправы к обеду. Или кайенского перца в жопе. Чтоб острей ощущался вкус жизни. – Мент мрачнел на глазах. – Нет, все, это конец. Я теперь спать спокойно не смогу.
– Кеш, – тихо позвал Роман. – А чья это программа? Кто сценарист? Правительство, журналисты, политтехнологи, жидомасоны, инопланетяне? А, Кеш? Олигархи, оборотни в погонах, общественное мнение?
– Нет, родственник. Это все пешки. Они и сами не знают, кто их дергает. Манипуляторы, политические я имею в виду, сами всего не знают, цели им никто не объясняет. У них это все получается на рефлексах, или как там это называется.
– А кто тогда?
– А ты что, не знаешь? – тоже тихо ответил мент, вглядываясь в зрачки собеседника. – Мозги, которые этими рефлексами управляют, они не тут, не в природе, не в физике-ботанике. Они дальше, за краем. На той стороне. Потусторонние, понимаешь?
– Привидения?
– Ты крещеный? – вдруг спросил Ковров.
Роман застыл на мгновенье.
– Нет.
– А я да. Бабка в детстве покрестила. Я верю в черта. Поверил, когда прочитал одну статью в газете. Тоже про манипулирование. «Вакуум сознания» называлась. Там так написано: о высшем ранге манипуляторов никто не знает. Почти никто. А их действия носят маниакальный характер и напоминают ритуальные жертвоприношения с обязательными человеческими жертвами. Дьявол – это маньяк. Улавливаешь?
– Улавливаю, – ответил Роман. – А кроме дьявола, во что ты веришь?
– Это ты про Бога, что ли? А в Бога я еще раньше, чем в беса, уверовал. Как прочитал путевые записки одного мужика, так сразу и уверовал. Ну ты подумай сам: если столько народу убеждено, что Бог есть – его ж не может не быть на самом деле?
– А еще больше народу тебе скажут, что никакого Бога нету.
– Черта с два они это докажут, – мент широко улыбнулся, показав голливудские зубы.
– Ну а те, которые говорят, что есть Бог, докажут?
– А на кой ляд мне их доказательства? Это ж не геометрия, где каждую чахоточную теорему доказывать надо. Это ж Господь Бог! Тут если хочешь знать, лучшее доказательство – отсутствие всяких ублюдочных доказательств. Зачем же мне веровать во всякую математику? Меня еще в школе от нее блевать тянуло. Как на училку посмотрю – так и тянет. У меня даже справка была – что желудком слаб. Меня даже к доске почти никогда не вызывали, чтоб конфуз не вышел. Так что ты мне свою геометрию с алгеброй на уши не вешай. Господь Бог, он такой – он сам себя доказывает, когда ему нужно. А когда это нужно наступает – про то никто не ведает.
Мент разгорячился, разрумянился, говорил увлеченно и с большим чувством.
– Так ты что, и в церковь ходишь? – спросил Роман, с интересом изучая мента.
– Зачем? – удивился Ковров.
– Ну… ты же говоришь – Бог есть. Значит, и церкви зачем-то нужны?
– Говорю, – кивнул мент. – Ну, существует Он – и пусть себе существует. Меня-то это каким боком касается? Тут вот как выходит: Бог отдельно, мент – отдельно. Разные, понимаешь, ведомства. Все по-честному. А ты как думал?