– Да, мэм. И я хорошо за ним присматривала, как и приказывал мистер Макрей. Но как раз перед самым вашим приходом сюда явился еще один человек, со звездой на груди. Он был взбешен и кричал, что пристрелит всех, если не найдет мальчика. Мне не хотелось умирать, мисс Китти, поймите. Он вел себя, точно безумец: носился от двери к двери, стучал в них что было силы. Мой муж вышел на порог с фонарем и только тогда увидел, что этот человек – представитель закона. Он сказал, что если ему не вернут мальчика, кто-нибудь поплатится за это жизнью. Что было делать? Я завернула малыша в одеяло, отдала его ему, и он тотчас умчался прочь, словно сам дьявол во плоти!

Китти упала бы на землю, если бы ее не поддержал Сэм. От ее полного муки стона сердце сжалось в его груди. Он крепко прижал ее к себе:

– Все в порядке. Тревис забрал мальчика с собой, мы найдем их обоих в доме. Пойдем.

До дома они бежали. Там кто-то зажег лампы. Люди Дантона сновали внутри со спокойным и удовлетворенным видом: они сделали свое дело.

Китти и Сэм бросились к парадной двери и увидели Джерома.

– Мы больше не доставим вам хлопот, уполномоченный, даю слово. Любой судья признает, что мы поступили по справедливости, в особенности когда Китти расскажет присяжным, почему был убит Доусон и что замышлял в ту ночь Макрей. Представьте, он намеревался снова учинить насилие над беззащитной вдовой!

Сэм усадил Китти в ближайшее кресло и оказался лицом к лицу с Джеромом.

– Вы не видели уполномоченного Колтрейна?

– Я видел! – крикнул один из людей Дантона, стоявший у камина с бутылкой бренди. Сэм подошел к нему ближе, и тот сказал: – Он пулей вылетел из-за дома, неся что-то в руках. Затем он вскочил на лошадь и ускакал галопом!

Сэм Бачер молчал – он понял, что стряслось. Теперь не было никакого смысла лгать Китти, уверяя ее, что все образуется. Тревис не вернется в гостиницу вместе с маленьким Джоном. Наверняка Тревис Колтрейн решил забрать сына в свой любимый болотный край, где, как он полагал, они обретут спокойствие.

Китти стояла у окна спальни, глядя в сад, но ничего не видя перед собой. Как мог Тревис пойти на такое? Она прикусила губу и обернулась, окидывая взглядом опустевшую комнату. Как он мог забрать с собой беспомощного младенца, нуждающегося в постоянном уходе? Как надеялся дать ему все необходимое? От Северной Каролины до Луизианы путь неблизкий. Неужели он поедет верхом, с шестимесячным малышом? Чем будет его кормить? Откуда ему знать, какая еда нужна грудному ребенку? С той ночи прошла уже целая неделя. Возможно, сейчас они уже в Луизиане.

Прижав дрожащие пальцы к вискам, Китти попыталась собраться с мыслями. Кори похоронили три дня назад без особых церемоний – присутствовали священник, неохотно согласившийся прийти, и несколько слуг. Хьюго убили той же ночью, так же как и Рэнса. Прислуга приводила дом в порядок после учиненной в нем резни, а Китти почти все время сидела у себя в комнате то молясь, то проклиная судьбу.

Теперь у нее были деньги, много денег, и все они принадлежали ей одной. Предсмертные слова Кори не были ложью. Неприятный адвокат из Голдсборо, навестивший ее в день похорон, сообщил о том, что она унаследовала все имущество мужа. Она стала весьма состоятельной женщиной, но ее занимало лишь одно: как привезти Джона обратно из Луизианы.

Она принялась нервно ходить по комнате, пытаясь представить Тревиса с их сыном в старом фамильном доме Колтрейнов среди болот Луизианы. Он часто описывал ей в своих рассказах сколоченный из неотесанных бревен домик на высоких сваях, стоявший на самом берегу реки, где на многие мили вокруг не было ничего, кроме болот. Тревис и его семья искони жили в этом краю – ловили рыбу, ставили ловушки на диких животных и продавали кожу аллигаторов заезжим торговцам.

Ее глубокое раздумье прервал робкий стук в дверь.

– Да? – отозвалась она резко. – Кто там?

– Это я, мисс Китти, – донесся до нее сквозь сосновую дверь голос Лотти. – Внизу вас ждет гость. Я говорила ему, что вы строго-настрого запретили кому-либо вас беспокоить, но он сказал, что если я не пойду и не доложу вам о нем, то он сам поднимется. Я просто не знала, что мне делать.

Вздохнув, Китти направилась к двери и распахнула ее. Лотти, понурив голову, теребила в пухлых руках фартук. Китти пожалела ее и мягко спросила:

– Кто ждет меня внизу, Лотти? Кто хочет меня видеть?

– Тот человек. – Негритянка осеклась и подняла заплаканные глаза. – Тот самый, что убил масса Макрея. Хватило дерзости явиться сюда после того, что он сделал. Ему-де нужно вас видеть.

– Ты говоришь о мистере Дантоне? – переспросила Китти недоверчиво. – Он здесь? В этом доме?

– Да, мэм.

Китти затаила дыхание.

– Хорошо. – Она сгорала от любопытства. – Спущусь вниз и узнаю, что привело этого человека в наш дом. Я-то думала, что он в тюрьме.

Шелестя юбками, она прошла мимо Лотти, не спеша проследовала по коридору и спустилась по лестнице вниз, где у парадной двери стоял Джером Дантон. Она молчала и, опираясь на перила, смотрела на него.