– Макрей! – воскликнул Дантон. – Я слышал, вы опять взяли Китти Райт в свой дом. Что вы пытаетесь этим доказать? Все в городе знают, что она вас терпеть не может.

– С чего вы это взяли? Я спас жизнь ей и ее ребенку в ту самую ночь, когда вы и ваша шайка трусов в капюшонах сожгли дотла ее дом. Теперь она заболела, и я снова пришел ей на помощь. Но вам-то какое дело?

Кулаки Дантона непроизвольно то сжимались, то разжимались, пока он пытался обуздать охвативший его приступ гнева.

– У вас нет никаких доказательств, что я как-то связан с ночными налетчиками, которые спалили ее дом, и я на вашем месте воздержался бы от необдуманных обвинений.

Кори насмешливо приподнял бровь:

– Кто вы такой, Дантон, чтобы угрожать мне? Весь город знает, что вы являетесь предводителем местного отделения ку-клукс-клана, или как там себя называете. Какое вам дело до того, что я пришел на помощь кому-то из соседей в несчастье?

– Несчастье? Да вы сами причинили ей массу бед! Вы выкупили ее налоговую декларацию. Интересно, знает ли она об этом? Держу пари, что да, и точно так же готов поспорить, что вы удерживаете ее в своем доме насильно.

– Мисс Райт тяжело больна, – терпеливо объяснил Кори.

– А как быть с налогами? Каково ей будет узнать, что теперь ее ферма принадлежит вам? Я-то понимаю, что значит для нее эта земля, Макрей. Я поступил по-джентльменски: побывал у Китти некоторое время назад и предложил приобрести у нее участок. Я знал, с какими трудностями ей пришлось столкнуться. Вы же действовали у нее за спиной и выкупили просроченную налоговую декларацию.

Кори широко расставил ноги и снова принялся ударять Хлыстиком по раскрытой ладони. Если дело идет к открытому столкновению, он сумеет с ним сладить, как и всегда.

– Я все же не понимаю, каким образом это затрагивает вас, Дантон. Если вам больше нечего сказать, я займусь неотложными делами.

– Я еще многое мог бы вам сказать, Макрей. Очень многое. Так уж вышло, что я тоже увлекся этой женщиной, и мне вовсе не улыбается сидеть в стороне и наблюдать за тем, как вы хитростью вынуждаете ее поступать по вашей прихоти.

Макрей попытался его обойти, но Дантон преградил ему путь. Кори заметил, что он слегка прихрамывает, и улыбнулся:

– В темноте она не слишком искусный стрелок, но будь я на вашем месте, то был бы более осмотрителен при свете дня.

Лицо Дантона побагровело. После того как Китти Райт пустила ему пулю в ногу, он навсегда остался хромым, однако рано или поздно она заплатит ему за все – в постели. Он ткнул пальцем в Кори и закричал:

– Слушай, ты, самонадеянный ублюдок! Это не сойдет тебе с рук…

Рэнс Кинсайд, вдруг появившись в дверном проеме, встал как раз за спиной Джерома Дантона и щелкнул курком. Дантон быстро повернулся, и глаза его округлились при виде человека, стоявшего позади него и нацелившего на него дуло своего оружия.

– Полагаю, разговор окончен, не так ли, босс? – произнес Рэнс спокойно.

– Да, Рэнс, именно так. Я не намерен стоять тут на холоде и обмениваться шутками с глупцом.

С самодовольной усмешкой Кори коснулся пальцами шляпы и продолжил свой путь.

Рэнс, следовавший за ним, поежился от холода, и Кори направился в сторону салуна:

– Думаю, нам стоит зайти выпить. Да, кстати, предупреди Мартина и остальных наших людей, чтобы не спускали глаз с Дантона. На некоторое время придется удвоить ночную охрану. У него может хватить глупости явиться к нам вместе со своей бандой в капюшонах и обстрелять дом, а заодно поджечь крест, чтобы нас запугать. Если так, то я хочу, чтобы как можно больше этих ублюдков убили. Ясно?

– Да, босс. Они попадутся в ловушку, как кабаны в сезон охоты, – небрежно заметил Рэнс, для которого, как и для остальных наемников Кори, убийство являлось чем-то вроде забавы.

Выпив рюмочку, Кори покинул салун и один направился по улице к своей конторе. Отперев дверь, он зашел внутрь и быстро подошел к печи, чтобы разжечь огонь. Он не собирался задерживаться здесь надолго, однако тепло не помешает. Дрова в топке быстро занялись, и Кори снял с себя плотное пальто, подбитое овчиной, и встал перед печью, потирая ладони. Окинув взглядом бумаги, разбросанные на столе, он нахмурился, недоумевая, с чего начать. Среди них имелось несколько налоговых деклараций, которые он хотел пустить в ход. У него даже в мыслях не было дать фермерам время, чтобы собрать деньги: ему нужна была их земля. Придется просмотреть бумаги, чтобы передать должникам последнее предупреждение через Рэнса и его людей. Фермерам оставалось либо сразу явиться к нему с деньгами, либо лишиться своей собственности. Если они не соглашались уехать мирно, Рэнс и другие знали, как с ними справиться.

Сержант Брэндон говорил ему о том, что скоро в город прибывают федеральные уполномоченные, и Кори волновался, не повлечет ли это новых неприятностей. Едва ли уполномоченные отнесутся благожелательно к его способу выживания фермеров с их родной земли.

Все в городе решили, что старый Мика Перселл отправился бродяжничать, когда Макрей воспользовался его просроченной налоговой декларацией. Никто не догадывался, что у этого болвана хватило дерзости встать на пути у Рэнса и его людей, встретив их с карабином в руках. Ни сам Мика, ни его жена и дети так и не были обнаружены. Все подумали, что они уехали. Их тела гнили на дне реки Ньюс, нагруженные достаточным количеством камней, чтобы удерживать их там до тех пор, пока рыбы и черепахи не обглодают трупы до костей.