Она только кивнула мне, поздоровавшись, и промчалась дальше, к Ториаль. Обняла эльфийку за плечи, сказала несколько слов, и осторожно увела из зала. Девушка не сопротивлялась, слишком убитая, чтобы спорить. Я осталась стоять рядом с Иллестором, разглядывая его. Кто бы мог подумать, что человек, с которым я три дня назад сидела на террасе моего дома, хохоча и слушая красивейшие, сочиненные им баллады, умрет… Что его убьют, безжалостно и не терзаясь муками совести. Сидя на террасе, я не могла подумать, что уже через два дня буду смотреть на мертвое лицо с заострившимися чертами, как не помогла представить и того, что буду стоять около этого траурного ложа в немом шоке. Но ведь жизнь непредсказуема, а я не владею даром предвидения. И даже если б владела…

— Каиса? — услышала я за спиной негромкий вопрос. Обернулась, узрев на пороге Мьоллена. Он подошел быстро, стремительным шагом, и замер около меня.

— Ритуал прощания состоится через полчаса.

— Так быстро?

— Закон оборотней, — алед пожал плечами. — Его семья уже здесь, друзья тоже.

— Мьоллен… как это случилось?

— Никто не знает. Он спустился ночью вниз, назад не поднялся. Ториаль, как ты понимаешь, забеспокоилась, пошла его искать. И нашла… уже мертвого, лежащего посреди гостиной.

— Значит, кто-то его убил, вряд ли Иллестора хватил сердечный приступ, — кивнула я в такт своим мыслям. — С его-то всегда безупречным здоровьем.

— Кому он мог помешать?

— Откуда я знаю? Значит, кому-то помешал.

— Пойдем, — Мьоллен тронул меня за плечо. — Нужно дать проститься родственникам.

Я только кивнула и уже хотела уйти с аледом, как вдруг застыла изваянием, каменным и не двигающимся с места.

Над телом Иллестора витала уже знакомая мне магия. Однажды впущенная в меня, заставившая кататься по полу спальни главы Городского Совета Ирвингэйла.

Я сжала кулаки так, что костяшки пальцев побелели. Напряглась, немного сосредоточилась, прощупывая ментальный фон. Сознание Иллестора уже умерло, но… он еще не ушел совсем, и потому я могу ощущать его душу.

Осознание буквально пригвоздило меня к полу, заставив потрясенно выдохнуть. Ну что, ощутила?! Узнала?..

— Мьоллен, — потрясенно выдохнула я, поворачиваясь к аледу. — Его убил он. Талеис.

— Кто? — мужчина сделал вид, что удивился.

— Ты думаешь, я поверю в то, что Л'арминдел ничего тебе не рассказал? Его мысли были настолько громкими, что я прочитала сообщение еще до отправки.

— Вообще-то это нарушение негласного этикета, — черные, словно нарисованные углем брови чуть приподнялись.

— Это получилось несознательно, так что этикета я почти не нарушала. Но зато сейчас не надо объяснять тебе то, что ты и так уже знаешь. Так вот, про Талеиса тебе известно, как известно и то, что он хочет меня убить. И я не знаю зачем, но Иллестора убил он.

— Ты уверена?

— Да. Тут его магия, причем ощущается она очень отчетливо. И еще… — я посмотрела прямо в двухцветные глаза, — Мьоллен, он вырвал из души Иллестора сущность оборотня…

Мы не успели договорить, потому что в это мгновение двери в зал распахнулись, и внутрь прошли тихо переговаривающиеся между собой люди. Многих я знала, поздоровавшись с ними кивком и получив ответное приветствие.

Мьоллен тронул меня за плечо.

— Пойдем, надо дать им попрощаться.

Я кивнула, но все внутри меня просто кричало. Ненавидело Талеиса за то, что он совершил ТАКОЕ. Так, сейчас нужно отогнать эти мысли… Впереди ритуал прощание, а вот после… раньше Талеис охотился только за мной, и это было не так уж и серьезно. Но сейчас… когда он перекинулся на моих друзей… Я не могу прощать ему ушедшего навсегда друга и безысходность в глазах подруги. Призрак побери, я и не хочу.

Молча я и алед вышли из зала. Я тупо шла за Мьолленом, погрузившись в свои мысли, и даже не пыталась начать беседу. Хотя кое-что спросить нужно было:

— Мьоллен, я могу в таком виде появиться на прощании? — уточнила я, оглядывая себя. Обычная одежда путешественника — легкие штаны, сапоги и рубашка, явно не официальные и уж точно не траурные. Впрочем, Мьоллен тоже был не в голубом, а в темно-красной, почти бордовой рубашке.

Мужчина пожал плечами.

— Конечно, можешь. Все понимают, что мы тебя выдернули из путешествия.

Я вздохнула.

— Как Ториаль?

Мьоллен только покачал головой и тоже вздохнул. Посмотрел на меня с какой-то горечью.

— Она почти ничего не говорит, замкнулась в себе и никого не желает видеть. Все время сидит, думает, и тихо плачет. Я боюсь за нее.

— Думаешь, все может зайти так серьезно?

— Я не знаю. Но сегодняшний день определенно перевернул всю ее жизнь.

Я кивнула, соглашаясь.

Талеис, как же я тебя ненавижу…

Весь оставшийся день прошел словно бы в тумане. Я помню, как долго пыталась хоть немного растормошить Ториаль, заставить ее немного поговорить, но все безрезультатно. Эльфийка только слабо улыбнулась и снова отвернулась к окну.