— Сомневаешься? — подмигнула я. — Я не знаю, почему, но вечно холодные Хранитель и Хранительница относятся к Серебряным Детям с каким-то теплом. Не понимаю, чем это вызвано, потому что со временем мы начинаем наглеть. Просьбы становятся все серьезнее.

— Логика Хранителей не поддается человеческому восприятию, — философски заметил Мьоллен. Я кивнула.

— Мне нужны камни для ритуала перехода на Ту Сторону.

— Ты хочешь совершить обряд прямо сейчас?

— А когда еще? Я не вижу смысла тянуть с поисками. Не уверена, что Талеис знает того, кто хотел помочь мне уйти из этого мира в другой, но за остальное он мне ответит, — возможно, угроза эта прозвучала как в пафосных старинных легендах, но сейчас я говорила от души. От душ — своей и Серебряной, сейчас слившихся воедино.

Зеленые, с золотой паутинкой глаза чуть потемнели. Волнуется, не хочет отпускать на Ту Сторону после моей болезни. Боится, что все повторится опять. Нет, вряд ли. Сейчас я буду предельно аккуратна.

— Мне нужны камни, но образцы есть у меня дома. В смысле, в комнате, в Долине, — торопливо поправилась я.

— Что-то еще?

— Да. Тишина, спокойствие, и желательно, одиночество.

Бесшумно раскрывшиеся крылья дали мне понять, что последнее пожелание было чисто риторическим. Бесполезным, уж точно.

— Хорошо, хватит камней и тишины, — хмыкнула я, наблюдая за реакцией аледа. Ну почему он вечно носится со мной, как курица с любимым яйцом?

Как тебе сказать? Хваленая интуиция не помогает?

Я послала внутренний голос как можно дальше. Ничего подобного, он всегда воспринимал и воспринимает меня только как друга, но не больше. Просто волнуется слегка. И только как за друга.

Самой не смешно?

Нет. Не смешно, совсем.

Я вскинула голову, чуть сощурившись от яркого утреннего солнца. Вздохнула.

— Пойдем, я не хочу проводить этот обряд на улице.

Мьоллен понимающе кивнул, протянул руку, вовлекая в локальный портал, из которого мы вышли уже посреди моей комнаты. Бардак, какой же здесь бардак… как и всегда, впрочем.

— Отвернись, — попросила я Мьоллена. Странно, но мужчина не задал ни одного вопроса. Просто молча устремил свой взгляд на дверь, дав мне возможность полюбоваться на раскрытые крылья, отливающие в зелень и золото. А может быть, и в бронзу. Старую, покрытую налетом времени…

Вздохнув, я сняла юбку и переоделась в брюки. Призрак с ними, с правилами, сейчас в такой одежде мне будет гораздо удобнее. Подумав, я еще и заколола волосы в пучок, закрепив одной длинной шпилькой, больше похожей на стилет. Собственно, это и был стилет, но настолько искусно и тонко сработанный, что от обычной длинной шпильки, такой модной сейчас детали прически, его отличала только острота. Этой «шпилькой» грудь пробить, что написать на заборе слово. Просто, конечно, но тоже нужны хотя бы малейшие знания.

Вместо сапог я одела обычные туфли, решив, что не хочу возиться со шнурками. Затем достала сверток с камнями, бросив его в сумку.

— Мьоллен, — повернулась я к аледу. — Нам пора идти.

Он кивнул, не став распахивать дверь. Внимательно посмотрел на меня, чуть приподняв брови.

— Я сама открою портал, — улыбнулась я, беря аледа за руку, и представляя место, в котором хочу очутиться.

Мир на несколько секунд смазался перед глазами, а когда вновь стал четким, я оглядела зал, в котором мы стояли.

— Где мы? — Мьоллен отпустил мою руку и подошел к окну без стекол. Выглянул наружу, узрев расстилающуюся перед ним Долину.

— Ты тут никогда не был? Впрочем, неудивительно, ведь здесь бывают в основном только Серебряные Дети. Это место называется Залом Серебра. Не спрашивай, почему, серебра ты здесь нигде не увидишь. Этот зал, накрытый куполом — единственное, что осталось от когда-то величественного сооружения. Я не застала его, но говорят, что здесь был какой-то дворец или храм. Все, что осталось в этом мире материального от аледов.

Мьоллен хмыкнул, отворачиваясь от окна. В зале было тихо и прохладно, пахло нежными цветами, распускавшими свои бутоны только в середине лета. Тишина и благодать, я готова была еще долго сидеть и слушать тишину, вдыхая этот запах. Но — пора. Я достала мел, начертила на плотно пригнанных плитах пола едва заметную линию. Круг, войти в который могу только я. И никто больше.

Я сделала быстрый оборот. Столкнулась взглядом с зелено-золотыми глазами.

— Не подходи к кругу, что бы ни происходило внутри, хорошо? — спросила я, глядя на Мьоллена в упор. — Даже если я буду кричать диким голосом, даже если меня будет выворачивать наизнанку, не смей подходить к кругу, а уж тем более перешагивать через черту. Даже если я буду звать. Понял?