Шрифт:
Абсолютно охуевшая мразота.
Давать пизды ему опасались - если он махался, то махался жестоко, до полного изничтожения противника. Не получалось решить всё файрплеем - лез в карман за ножом, хватался за палки или бутылки.
Получал пизды - резал двери квартир, прокалывал шины у авто, караулил в подъездах.
С ним С. бился раза три.
Сурово, каждый раз в кровавые брызги.
Нашла коса на камень - С. оказался одним из очень немногих, кого эта скотина не смогла сломать.
И вот в этом сраном "Уазе" передо мной сидел совсем не тот правильный, без вредных привычек, презирающий матершину, парень.
Казалось, передо мной сидел махровый уголовник.
С набитым на пальце перстнем, с традиционными для малолетки "один в четырёх стенах" и "в кругу друзей"..
Разговор - строго по фене.
Темы беседы - тюремные подъёбки вкупе с обсуждением тюремных новостей.
Через всё лицо кривая ухмылка.
Взгляд - колючий, волчий.
Я его просто не узнал.
Да, малолетка изменила всех нас - это безусловно.
Но столь разительной перемены я не замечал не за собой, не за А.
Встретив старых друзей, я автоматом вышел из режима общения в хате, переключился на вольный язык, на старые, дотюремные темы...
С. меня не понял...
Он уже весь был ТАМ.
Тюрьма его поглотила...Поменяла все жизненные ценности и ориентиры...
До заключения у С. была цель - выучиться на механика, получить права, работать, зарабатывать, жениться, квартиру получить, огородик, дачу...
Простые цели обывателя, в этом нет ничего плохого.
Пара месяцев всё изменила : -жена? да на хер? зачем мне хомут на шею, вон баб сколько, только пальцем помани, рогатки раскинут!
– работа? я что, мудак? да я за вечер "отработаю" больше, чем ты за месяц отгорбатишь!
– квартира? у тёлки перекантуюсь!
– дача, огород? я те кто, колхозник, что ли?!
Ранее С. всегда отличала спокойная уверенность в себе сильного человека.
Стержень, пресловутый внутренний стержень, который одновременно помогал С. дать отпор кому угодно и не давал скатываться к беспределу - С. никогда не издевался над заведомо более слабыми.
Теперь же он собирался жить за счёт "терпил" - воровать, гопстопить...
...И по хуй на национальность - он зачерпнул тлетворного душка тюремного интернационализма...
Именно малолетка впоследствии привела к большой трагедии - через несколько лет С. покончил с собой, вскрыв себе вены...
Он много пил все годы с нашего откидона, влезал в самые различные неприятности, крутился в криминальных кругах, бил себе всё новые партаки...
Заводил романы - каждый раз с всё более сомнительными особами...
И сам, как от природы очень умный парень, наверняка понимал, к чему ведёт такая жизнь.
Вытащить его из этого омута было практически невозможно - невзирая ни на какие авторитеты, С. всегда и во всём шёл до конца.
13.
Поездить пришлось много - несколько раз на одно только изменение меры пресечения выезжали.
Безрезультатно.
Почти все эти этапы остались смазаной хуйнёй в памяти - прощальный пинок под жопу от пацанов (смотри, не вздумай вернуться!), мусорские затрещины по дороге, шмоны, одевания-раздевания...
Зато хоть какое-то разнообразие...
Да и типажи попадались интересные.
Обычно малолеток на ИВС сажают отдельно от матёрых зеков - подальше от дурного влияния.
Ранее уже была описана практика закидывать в камеру к несовершеннолетним БСМ-щика (БСМ - бывший сотрудник милиции, то есть мусор-зек).
В этот раз меня вкинули именно к "матёрым".
Это я понял сразу, как переступил порог.
Витиеватая феня, чифирь, кипятящийся на "факелах" (обрывках чьей-то майки) в пакете, обмазанном зубной пастой.
Вонища страшная, но эти люди без чифа уже не могут.
Предложили чифернуть, не отказался, заодно познакомились.
Жилистый костлявый мужик лет 45-ти носил звучное погоняло Малина, выбритый налысо крепыш звался Вайтом.
На "сцене" спал усатый тип, его отписали как Чапая - действительно, похож.
Вайт был, сцуко, нетолерантен и злобен =)
Агрессия сквозила в каждом его жесте, в каждом слове.
А жестикулировал и говорил он много.