«Корабль будет чувствовать то же, что чувствуешь ты, — сказала Алиисза, — как и ты будешь чувствовать то же, что и он. Теперь он будет слушаться твоих ко­манд. Когда будешь готов, просто пожелай перенестись на Грань Тени, а оттуда дальше».

«Пожелать?» — переспросил маг. «Точно так же, как пожелал бы поднять руку или открыть глаза», — ответила она. «Так просто?» Демоница рассмеялась:

«Всего трое на тысячу мыслящих существ способны были бы сделать то, что сделал ты, милый. Установить связь с кораблем хаоса — опасная затея».

«Почему?»

«Если бы он не принял тебя, то убил бы, — ответила она, — причем весьма неприятным, отвратительным спо­собом».

Фарон вздохнул, заинтересованный, но неудивлен­ный.

«И ты бы позволила ему меня убить?» — спро­сил он.

«Ты должен был это сделать, так или иначе. Я вери­ла в тебя».

Фарон уловил в ее голосе сарказм и подавил улыбку. Она демоническое существо и уж всяко сражается за другую сторону в кровавой невидимой войне. Какое ей дело, если корабль хаоса убьет его или лишит рассудка?

Усики соскользнули с его запястий, и ладони откле­ились от палубы.

«Управление кораблем потребует полной сосредото­ченности, — советовала Алиисза, — но, пока он лежит в дрейфе или держит заранее заданный курс, ты сможешь разговаривать со своими товарищами и даже творить заклинания».

«Подходяще», — заметил маг.

«Корабль хаоса был боевым кораблем, Фарон, — по­учала она. — Он был создан для боя, и танар'ри, смасте­рившие его, не были заинтересованы в том, чтобы самый могущественный среди них маг был обречен постоянно торчать на палубе, беспомощный и безгласный. Кораблю потребуется изрядная часть тебя, но не ты весь. Не давай ему больше, чем необходимо».

«Как загадочно, — усмехнулся маг. — Мне это нра­вится».

— С тобой все в порядке? — раздался вопрос, и в первый момент Фарон решил, что это Алиисза.

«Ты же прекрасно знаешь, — мысленно ответил он, — что если бы со мною было не все в порядке, я бы про­сто...»

До него дошло, что с ним разговаривает не Алиисза, а Квентл.

— Мастер Миззрим... — окликнула верховная жрица. Фарон открыл глаза, но вынужден был несколько раз моргнуть, прежде чем смог снова видеть четко. На­стоятельница Арак-Тинилита стояла над ним, скрестив руки на груди, взгляд ее был угрюмым и холодным, но рассеянным.

— Я в порядке, благодарю вас, госпожа, - ответил Фарон. — У меня есть основания полагать, что ко­рабль вполне повинуется мне и что он готов к отплы­тию.

Он поискал взглядом остальных. Позади Квентл сто­яли Вейлас и Данифай.

— Когда вернется дреглот, — закончил Фарон, — мы можем отправляться.

— Мы не будем ждать Джеггреда, — ответила Квентл. Ответом ей были резкий взгляд Данифай и припод­нятая бровь проводника.

— Госпожа... — начала Данифай, но Квентл подняла руку, велев ей умолкнуть.

— Всякий, кто покидает этот отряд без моего дозво­ления, — сказала Квентл, — заслуживает того, чтобы счи­таться дезертиром.

— Наверняка ваш родственник не собирался дезер­тировать, — отозвался Фарон. — Думаю, что и мастер Агрит тоже вряд ли. Мне кажется, что там, куда мы направляемся, нам понадобится их...

— Нет, — перебила верховная жрица. Глядя во тьму, она продолжила: — Оба они сильные бойцы, но там, куда мы направляемся, за каждым сталактитом будут таиться существа, способные разорвать каждого из них в клочья. Мы собираемся не на прогулку по Темным Владениям. То, с чем мы столкнемся, не победить гру­бой силой — только с помощью ясного и холодного ра­зума, и теперь не время бездумно потакать собственным прихотям.

Фарон нахмурился, желая услышать, что скажут ос­тальные.

Вейлас ожидал, какое решение примут женщины.

— Вы говорите так, будто знаете, что мы увидим там, — сказала Данифай верховной жрице. — Но ведь это не так, вы не можете знать этого наверняка.

Фарон, удивленный тем, как Данифай удалось под­колоть верховную жрицу, взглянул на Квентл: ему было интересно, что она ответит.

— Я знаю, что не могу больше здесь оставаться, — заявила Квентл. Змеи медленно скользили по ее бед­ру. — Это место убивает меня. Мы знаем, что нам пред­стоит. Жизнь или смерть, мы выживем или умрем в Абиссе ради Паучьей Королевы.

Фарон вскинул бровь и улыбнулся, поглядывая на обеих жриц.

— Мы еще даже не начали, — настаивала Данифай.— Джеггреду там найдется дело. Надо подождать его.

— А вот это, куколка не тебе решать, — огрызнулась настоятельница Арак-Тинилита. — Ты и так уже позво­лила себе слишком многое.

Фарон видел, что Данифай стоило больших усилий, потупясь, уставиться горящим взглядом в палубу, а не сверлить им верховную жрицу. Это была уже не преж­няя рабыня, и Фарон поймал себя на том, что улыбает­ся ей.