Халисстра чувствовала, как двигается ее тело. Воз­дух вокруг нее тоже кружился, холодный и бодря­щий. Она ощущала присутствие Данифай. Покачива­ния изящных бедер ее бывшей служанки говорили о предполагаемой лживости и были исполнены грации, свидетельствующей о честолюбии. Данифай недоволь­но фыркнула и шагнула на Дно Дьявольской Пау­тины.

Халисстра не смотрела на нее, она танцевала. Она была здесь, хотя понятия не имела, где это «здесь» на­ходится. Не было никакого места, только движение — движение, которое было голосом Эйлистри.

Данифай и Халисстра двигались одновременно и де­лали одни и те же па, но вторили они разной музыке. Они шли к одной цели, но по разным причинам, и их окружала одна и та же ужасная неподвижность. Движе­ниями плеч Эйлистри предостерегала Халисстру не до­верять Данифай, но подталкивала служительницу сле­довать за бывшей рабыней. Часть пути вести предстоит Халисстре, часть — Данифай. Обе богини будут вести их и удерживать на краю пропасти, направляя их в та­кое место и время, которое не мог бы вообразить ни один здравомыслящий дроу, разве что в посланных бо­гами ночных кошмарах.

Халисстра чувствовала, что передвигается в непо­движной пустоте, и знала, что это место и есть Паутина Демонов — родной Уровень Ллос, где нет душ, пустая жизнь после жизни без надежды и без будущего. Халис­стра ощущала, что Данифай кружится вместе с нею в том же мертвом месте и смотрит на нее с тем же тус­клым страхом. Там не будет ни служения, ни награды, лишь забвение, и Данифай должна будет сделать те же выводы, прийти к тому же пониманию.

Данифай еще можно обратить,— танцем сказала Ха­лисстра.

Эйлистри колебалась.

Этим не высказанным словами сомнением и окон­чился танец. Под ногами у нее был прочный, неподвиж­ный каменный пол, занесенный песком, вокруг — без­действующие врата. Халисстра перекатилась на спину, утерла лицо руками и попыталась успокоить дыхание. По ней стекал пот, все тело болело. У нее было такое ощущение, будто она провела в танце часы, хотя сомне­валась, танцевала ли вообще.

Халисстра огляделась, ища Данифай. Бывшей слу­жанки нигде не было видно. Не отозвалась она даже на зов Халисстры, и та побрела на улицу. В тусклом свете пещеры ее глазам предстало огромное замысловатое строение. Халисстре было известно, что она в Шиндилрине, но про сам город она знала мало. Не будучи уве­ренной, что не рассматривает мир через призму собст­венных ощущений, она чувствовала все же, что воздух в Городе Порталов был тяжелым от распрей и нарождаю­щейся жестокости. Она уже испытывала такое прежде — в Чед Насаде.

Ей вспомнился Рилд — не столько его образ, сколько ощущение того, как он идет рядом с ней, как она касается его черной как ночь кожи. Она привела его к Данифай, а та по приказу Квентл привела к ним обоим Джеггреда.

Квентл знает, что они — или, по крайней мере, Халис­стра — отвернулись от Ллос и выбрали Эйлистри.

Но ведь на самом деле Рилд этого не делал. Мужчи­на, не отличающийся особенной религиозностью, Мас­тер Оружия служил Ллос, потому что так делали все вокруг него. Рилд, как и прочие дроу Мензоберранзана, рос среди вечного поклонения Ллос. Халисстра тоже, но ей хватило силы воли остановиться и критически осмыслить ситуацию в ее развитии.

У Данифай тоже был выбор, и осознание этого по­трясло Халисстру в тот самый миг, когда Данифай шаг­нула из внезапно вспыхнувшего ослепительным пурпур­ным светом портала. Врата ожили, высветив Данифай и на мгновение ослепив Халисстру.

Моргая, Халисстра остановилась и спросила:

— Рилд?

Данифай пожала плечами. Жест был грубый, равно­душный, и Халисстра стиснула челюсти. Лицо жрицы Меларн вспыхнуло, она скрипнула зубами, но усилием воли постаралась проглотить свой гнев и выбросить из головы воспоминания о том, как она наказывала свою рабыню, как била, унижала, как помыкала ею.

— Где ты была? — спросила Халисстра.

— С госпожой Квентл, — ответила Данифай. — Они отправляются. Меня послали вернуть Джеггреда.

— Тебе известно, где дреглот? — спросила Халис­стра. — Если да, значит, ты должна знать, где Рилд.

— Джеггреда послали убить его, — ответила Дани­фай. — Я говорила тебе.

— Да, — начала Халисстра, — но...

— Ты хочешь знать, победил ли Мастер Оружия, или же дреглот пожирает его прямо в эту минуту, — предположила Данифай.

У Халисстры мгновенно пересохло в горле.

— Он жив? Рилд победил? судорожно сглотнув, спросила она.

Данифай снова пожала плечами.

— Ты можешь перенести меня обратно к нему, — ска­зала Халисстра. — С помощью этих твоих врат можешь отправить меня туда.

— Туда, где Джеггред разорвет на части и тебя тоже и сожрет вас обоих по очереди, — сказала бывшая ра­быня, — или же вперед. Ты можешь идти вперед, а не назад.

— Вперед, назад — что это значит?

— Насколько я могу судить, госпожа Халисстра,— ответила Данифай, — у тебя есть два пути: вернуться к возлюбленному и умереть или отправиться в наземный храм к своим новым сестрам по вере в Эйлистри.