Но Фомин знал о хранителе слишком мало, чтобы составить истинное мнение. Магия мантии, парадной мантии хранителей. Каждый, надевший её, вместе с мантией получает и силу сотен и сотен поколений хранителей, стоящих на страже безопасности Навь-Города.

Сотни поколений — это что-нибудь, да значит.

Вот именно, что-нибудь.

Они уселись на стулья, оказавшиеся много удобнее, чем казалось с виду. Хотя когда тяготение станет ещё слабее, и доска с гвоздями превратится в приемлемое ложе.

— Амброзии, аквы или, быть может, аквавита? — предложил любезный хозяин.

— Аквы, аквы, — сказал, как проквакал, магистр Хаммель.

Если и мелькнула досада в уголке глаза хранителя, то — как метеорит, пролетающий мимо каравеллы. И не разберёшь, видел или помстилось. Можно, конечно, свериться с приборами, что регистрируют всё и вся, но Фомину и без приборов было ясно — приветливость хранителя направлена на него, на посла. А всяких магистров просят держаться скромнее.

Из солидарности с другом Крепости Кор и Фомин попросил воды — пока ещё льётся.

Лилась она и в самом деле вяло, не струйкой — бусами. Поверхностное натяжение в действии. Хороша вода, хороши и бокалы, но мы пришли за другим.

Фомин поставил бокал на столик, подавил желание прокашляться (вот ведь невесть из каких глубин всплыло) и сказал:

— Мне кажется, что важно было бы отыскать голову убиенного доктора Гэрарда (и слово «убиенный» тоже всплыло из старых, читанных в полёте книг).

— Да, разумеется. Увы, слуги облазили все закоулки каравеллы, но ничего не нашли.

— Но Гар-Ра и Сойер… Они на подозрении, не так ли?

— Совершенно верно, ваше превосходительство. Но, рассуждая отвлечённо, все мы на подозрении. Кому искать голову? То есть мы, конечно, можем идти кучею — слуги, я, магистр Хаммель, паладин Ортенборг, — идти и следить друг за другом, пытаясь одновременно отыскать несчастную голову доктора Гэрарда. Но это как-то не очень лепо — впятером, вшестером даже, заглядывать в закоулки, куда и одному трудно втиснуться. И потом, я надеюсь, это останется между нами, хотя и скрывать, собственно, не от кого — один из слуг давно работает на службе хранителей и неоднократно проверен.

— Они обыскали всю каравеллу?

— Насколько это возможно. Но ведь от головы могли избавиться иначе.

— Как? Скормив хухрикам?

Хухрики — грибы, чрезвычайно быстро утилизирующие всякого рода отходы, служили на каравелле и регенератором, и гальюном, и кондиционером… Незаменимая вещь, нужно и «Королёв» оснастить ими.

— И это возможно, но голову могли и просто выбросить за борт.

— Эту процедуру способен осуществить любой?

— Хм… Хороший вопрос, доблестный рыцарь. Очень хороший вопрос…

И здесь прозвенел колокольчик — откуда-то из-под столика.

— Одну минуточку, — извинился хранитель Туглон и прошёл к опочивальне. Шёл он неуклюже, вприпрыжку, видно, впервые оказался вдали от Земли.

В опочивальне он пробыл совсем немного, тут же вернулся.

— Небесы! К нам приближаются Небесы!

В голосе не было паники, но напряжения, волнения, тревоги хватало.

— Нам следует собраться в кают-компании.

Что ж, значит, таково боевое расписание. Логично. В кают-компании иллюминатор, средства связи с КУПе, да, наконец, на миру и соль сладка. Кто знает, какие отношения у Небесов с навьгородцами?

В кают-компании их поджидал паладин Ортенборг. И — Небесы. Их патрульный катер висел в трёх-четырёх милях от каравеллы, если, конечно, иллюминатор не врал. С виду — хищная птица, сапсан. Вероятно, способен совершать и атмосферные полёты. Хотя Небесы на Землю ступать не любят. То ли брезгают, то ли боятся. Или просто — поколение за поколением растут в открытом космосе, что им Земля? Да и скелет, мышцы приспособились к космосу, а ведь если какая способность прибудет, непременно другая способность убудет.

— Мы не ждали их так рано, — сказал паладин Ортенборг.

Фомин промолчал.

— Ваше превосходительство, вам знаком этот… летающий объект? — спросил паладин у Фомина.

Лошадь ведут на свадьбу не пиво пить, а воду возить. Пора, пора впрягаться.

— Судя по виду, это лёгкий патрульный катер с одной из околоземных станций Небесов.

В это время в центре катера-сапсана замигал огонёк.

— Спрашивают, нет ли у нас на борту доблестного рыцаря Кор-Фо-Мина. — Магистр Хаммель был, очевидно, ещё и за связиста.