На экранчике и сейчас определялась обычная структура. Осадочные породы. Мел.

Нет, не обычная. Он походил по поляне. Определялось некоторое нарушение структуры почвы диаметром в пять локтей, в центре которого и лежал золотой диск. Возможно, это и есть ход Нави. Просто — закрытый ход. Пришли, оставили знак и ушли, заперев за собою дверь.

Батареи садились ещё быстрее, чем солнышко. В чём причина? Думано-передумано, а толку-то… Хорошо хоть успел выполнить программу-минимум, просканировал поляну. Глыбь-зонд теперь — ноша для кадета, не более. Динамку, что ли, присобачить? Крутил бы её тот же Туун-Бо, или хоть и сам Фомин вырабатывал бы электричество в одну рыцарскую силу. Пробовали. Уходит электричество невесть куда. Утекает.

— Что ж, друг Жан, давай сверим мысли. Картинку эту я понимаю так: дракон — это, конечно, Навь, орёл — Небесы, шакалы — лесовики, а тигры — мы, люди меча. Воюем друг с другом, грызёмся, а к нам всем подбирается нечто нехорошее. Где коснётся — там и смерть; кости — это ведь смерть, не так ли?

— Полагаю, да, — согласился Картье.

— Теперь давай посмотрим, что на оборотной стороне медали.

Патрульные с охотой перевернули диск.

— Ничего. Чистое пространство. Как нарисуем, так и будет. Да, вероятно, это предложение сотрудничества, союза.

— Кого с кем?

— Как минимум — Крепости Кор с Навь-Городом. А вот против кого… Слишком пока всё туманно. Нужно решать, принимать ли нам денежку или оставить лежать здесь.

— Ты сейчас главный, ты и решай.

— Но Командор…

— Командор дал точные и ясные указания — доблестному рыцарю Кор-Фо-Мину предоставлены все полномочия.

— Полномочия… — Фомин задумался. Действительно, золото даром не дают. С другой стороны, против неведомого врага лучше быть с союзником и с золотом, чем без золота и без союзника. Да и потом вряд ли это налагало тяжкие обязательства для Крепости — поднять то, что лежит на её земле. — Возьмём. А там посмотрим.

Патрульные вдвоём понесли диск. Легче было бы его катить, но с даром нужно обращаться почтительно.

— К тебе пожаловала гостья? — по дороге небрежно спросил Картье.

— Гостья? Ах да. Любопытная старушка. Это ведьма.

— Чего она хочет?

— Пока не знаю. Думаю, тоже предложить союз.

— По крайней мере теперь мы легко можем нанять дюжину магов — на это золото.

— Не уверен. Первосортные маги не так уж и падки на золото. И потом до ближайшего известного нам мага неделя конного пути.

— Ты думаешь, у нас нет недели?

— Откуда мне знать? Рано или поздно Крепости придётся обзавестись собственным магом.

— Рано или поздно, — эхом отозвался Картье. — Нарейка твердит о хромосомах, генах, а я думаю, нужно сватать невесту из приличной семьи магов. Пойдут детишки, глядишь, и собственных Сен-Жерменов, и быстрых разумом Калиостро родим и вырастим.

— Хочешь, я замолвлю за тебя словечко перед Панночкою, что приехала к нам ныне? Колдунья — первый сорт!

— Нет уж, доблестный рыцарь. Только после вас.

Шутки шутками, а Крепость завязывала родственные связи с другими Домами. Половина экипажа обзавелась супругами из родов знатных и могучих. Уже и детишки примеривали доспехи. Трижды Крепость пыталась породниться с магами. И трижды получала вежливый, но твёрдый отказ. Лига магов не находила среди рыцарей Крепости достойного жениха для своих невест. Ни доблесть, ни богатство не играли роли, требовались магические способности. Евгеника чистой воды. И возразить нечего — если ген магии рецессивный, то ничего хорошего из смешанного брака не выйдет. Нанять мага? Но маги были лояльны Лиге, и только ей. Нет, никаких козней против остального человечества Лига не строила, напротив, она заявляла, что маги — неотъемлемая его часть, но были основания думать, что часть эту они считали лучшей. В конце концов, прежде у Крепости не было проблемы, которую нельзя было бы решить старым рыцарским способом — умом и мечом. Технология времён Меж-потопья при всех издержках, порождённых странной физикой, давала огромное преимущество — пушки, ракеты, напалм, шимоза… Пушки и ракеты самые простые, попадают с пятое на десятое, но всё-таки вид летящей пороховой ракеты, горящего напалма впечатлял. Но всемогущества отнюдь не давал. На напалм маги отвечали огненным дождём, рыцари — манёвром ужаленного тигра, а ополчение, зарывшееся по самые колпаки, благословили хомячью науку. Да никто ракетами по ополчению и не пулял: и негуманно, и бесполезно, и много чести. На ополчение в гром-дуду дудеть полезно. Глохнут на неделю, и все команды представляются одною «Отступать, братцы, велено, бо окружили нас и бросили!» Специальный панический аккорд разработали. Песню Соловушки. Муур-Омского.

Наследный Император По-Ярк Двадцать второй, чьи владения занимали не более конного перехода, мудро решил создать под своею короной союз независимых государств. Прежде государства эти были независимы от Императора, а ныне — от взаимной вражды. Любой спор решал третейский суд, с почётным председателем По-Ярком во главе, но и советники, рыцари знатнейших Домов, роль играли отнюдь не бутафорскую. По-Ярк — совместно с созревшими Домами — сумел доказать выгоды малопошлинной (а то и беспошлинной) торговли. А кому уж больно хочется позвенеть мечами, как, например, герцогу Ан-Жи — что ж, выезжай за пределы Белоземья, да и воюй. Последнее время и Орда начала замиряться, стремясь к торговому союзу, но врагов всё равно хватало. Диких племён, считавших, что тур украденный стоит дешевле тура вскормленного, никогда не переводилось на Земле. Да и не только таких. К примеру, герцог Ан-Жи, вычитав в Железной книге Завоевателей о том, что война должна кормить воина, приказал золотыми буквами вышить изречение на своём штандарте.

Ну и что? Положим, война-то воина прокормит, но надолго ли? На дни и недели? А потом самый разумелый воин превращается в презренного охотника за недобитыми курами и зачастую из-за фуры зерна режется насмерть со своим же товарищем из соседнего полка. Да и кто сказал, что война должна кормить только война? А про барона забыли? Про рыцарство? Да и простолюдины, нравится вам или нет, должны получить хоть крохотную толику от горы трофеев.

А горы-то и не было.

По-Ярк с детства сведущ был в науках истории и математики. Часами просиживал он в книгохранилище, изучая истории блестящих походов за последние века, и походов не вполне блестящих, что тоже похвально — на ошибках учатся. Вывод, к которому пришёл будущий Император, ошеломил его самого! В среднем победный поход давал убытку в семьсот сорок марок, а поход бездарный — в восемьсот девяносто. Трижды Замок был осаждён, и от полного разора удалось откупиться, только уплатив по две с половиной тысячи марок. Даже самые блестящие походы великого предка Императора Бар-Ад-Ина после выкладок превращались в убытки, сплошные убытки. Тем не менее первый указ, изданный венценосным Императором По-Ярком Двадцать вторым, был о славе армии. Офицеры стали получать в мирное время довольства денежного и прочего вдвое против прежнего. Казна крякнула, но выдержала. Другой указ, прочитанный странам-данникам, освобождал их наполовину от воинского налога (который они и так платили с пятого на десятого), но все высвобождавшиеся деньги велено было направлять на строительство дорог из провинции в метрополию. Одновременно указ отменял столичную десятину и делал налог с продаж равным в самом захудалом баронстве и в самой столице.