Она села основательно, не так, как случайные просительницы, на самый краешек, готовые вспорхнуть при самом отдалённом раскате грома. Раскрыла котомку и выпустила кота, чёрного, жилистого.

— Не обеспокоит котик-то?

— Нет, нисколько.

— Некоторые духу кошачьего не переносят. Как учуют, сразу чих на них нападает, слёзы текут.

— У меня не текут.

— Вижу. У кого текут, те, стало быть, оборотни. Они и сами могут того не ведать, да и страшного в том ничего нет, сам по себе оборотень не плох и не хорош, а всё ж знать не мешает.

Похоже, старушка шустрая, мастерица словесами опутывать. Фомин опять пожалел о времени. Но ведь старик-то не привиделся! Вернее, привиделся, но в том-то и суть! Значит, не пустая болтливая старушка перед ним, раз умеет чары подпускать.

— Ты, мил человек, за язык на меня не серчай. Это с годами приходит, желание поучать всех и каждого. Всё мнится, будто твой глупый и смешной опыт кому-то нужен, для чего-то важен.

— Может, так оно и есть, — вежливо ответил Фомин.

— Может, — легко согласилась старушка, — да только перед рыцарями жёлуди не мечут. Если бы я сказала, что простагландины LGQ, ответственные за аллергическую реакцию на кошачью шерсть, вырабатываются геном, сопряжённым с геном оборотничества, у восьмидесяти семи процентов популяции Белоземья, тогда бы я была вправе ожидать большего внимания доблестного рыцаря, а так… Старческие бредни, всех слушать — не переслушать.

Кот подошёл к рыцарю и потёрся о ноги. Фомин машинально нагнулся, погладил зверюшку. Ты-то хоть обыкновенный или тоже чем-нибудь ошеломишь?

Кот мяукнул и вернулся к старухе на колени. Морда круглая, простодушная, но в глазах Фомину почудилось, что кот подмигнул: мол, не теряйся, рыцарь, эка невидаль — говорящая старуха.

— Признаюсь, сударыня, я в недоумении…

— Умные слова тебя смутили, что ль? Ну, это дело объяснимое. В обществе Гермеса Трисмегиста любят щеголять терминологией Межпотопья. Я, правда, у них сама не была, но слышать — слышала. Но в сторону герметиков, доблестный рыцарь, не о них я пришла говорить.

— А о ком?

— В Крепости погиб мальчик. А второй стал желтком.

— Второй болен.

— Он не болен, рыцарь. Теперь он — питательная среда, говоря языком герметиков.

— Питательная среда? Для кого?

— Я не знаю.

— Но откуда вы вообще знаете о случившемся? Кто вы такая?

— Старые колдовские способы — хрустальный шар, шёпот звёзд, ведьмин котёл. А я, разумеется, колдунья. Зови меня Панночкою, тут и титул, и имя, и даже профессиональный ранг. И хочу дать ещё один совет: не задавайте магам по два вопроса вместе. Даже и один вопрос не задавайте. То, что можно рассказать, дружественный маг расскажет сам. И порой более того, вот как я, болтаю и болтаю.

— Следовательно, вы, Панночка, расположены к нам дружественно?

— Да. Хотя и в противном случае я бы уверяла вас в том же. Потому будьте настороже и спиною ко мне не поворачивайтесь, разве что у вас глаза на затылке.

— Быть может, вы устали с дороги? Крепость Кор от всей души предоставит вам своё гостеприимство, — сказал Фомин. А ведь это отступление, переходящее в бегство. Паника-с, доблестный рыцарь.

— Спасибо, мил человек. Отдохнуть мне не помешает. Да и тебе тоже.

Догадливая служанка уже ждала за дверью.

— В покой Альфа, — шепнул ей Фомин. Та, если и удивилась, виду не подала. Покой Альфа — для самых высоких особ. Императора, например. Император в Крепости ещё не был, едут-с, а вот герцог Ан-Жи гостил. К счастью, Фомина в Крепости тогда не было, он с Небесами вокруг Луны вращался, в высших сферах, так сказать. Манаров до сих пор вздыхает, вспоминая дорогого гостя. Как пил сиятельный гость! А рыцари, согласно куртуазному кодексу, должны были составлять достойную компанию питуху. Разыграли жребий, Манарову и повезло…

— Как Солнце Земли коснётся, доблестный рыцарь, так я тебя жду, — подхватывая кота, сказала колдунья.

— Я буду счастлив, — пробормотал Фомин.

Специалист по магии. А на специалиста и маг бежит. Или хотя бы пешком идёт. А теперь отдыхает.

Откуда, кстати, могла прийти ведьма? На три дня пешего пути совсем не много поселений, он знал всех если не по имени, то по репутации. Были ворожеи, колдуны третьесортные — чирей заговорить, зелье приворотное состряпать, крыс вывести погулять в соседний лес на недельку-другую, ключ открыть, один мастак даже искры из глаз пускал и сквашивал молоко на расстоянии полёта стрелы — в общем, народное творчество и парад самородков.

Левитация? Большие маги частенько летали, но, как правило, невысоко и недалеко. Отчего так, Фомин не знал, а маги не говорили. Быть может, велика трата энергии, бег ведь тоже быстрее ходьбы, да сил съедает много. Золотое правило механики, пусть и неявно, должно срабатывать и в магии. Выигрываешь в расстоянии, теряешь в массе. Вон какая худая старушка-то. И кот не из великанов, хотя на вид лихой. Кстати, мордою похож на одного знакомого вольного торговца, по совместительству ученика чародея. Как там Луу-Кин продвигается по тернистому пути Познания Магии?