– Милости? – поспешно спросил регент. – Какой?

Он не любил никаких просьб, особенно если с ними обращались в те минуты, когда после обильной еды и питья он не мог полностью доверять своему здравому смыслу.

– Я прошу позволить мне, – ответил маркиз, – отклонить ваше высочайшее приглашение сопровождать вас на скачки.

– Отклонить? Это почему же?

Если принц-регент и не выносил чего-то, так это когда не все из его друзей были рядом. Он был уже немолод, но ему по-прежнему нравилось считать себя эдаким лихим франтом, предводителем великосветских прожигателей жизни.

Ему нравилось, когда на скачки его сопровождали молодые светские щеголи. В их компании он чувствовал себя молодым. С ними он забывал, что с тех пор, как доктора запретили ему затягиваться в корсет, ему легче сидеть, чем стоять.

– Может, тебя ждут более приятные обязанности? – язвительно проговорил регент, не дожидаясь объяснений маркиза.

– Это было бы просто невозможно, сир, – ответил маркиз. – Я только прошу у вашего королевского высочества дозволения съездить домой. Кое-что там требует моего присутствия.

Выражение неодобрения на лице регента исчезло.

– В таком случае, – великодушно заявил он, – я разрешаю тебе не ездить с нами на скачки. Нам будет недоставать тебя, Меридейл. Возвращайся поскорее!

– Я постараюсь сделать свою поездку возможно более непродолжительной.

– Вот и молодец! – сказал регент, положив пухлую руку на плечо маркиза, и бок о бок с щебечущей леди Хертфорд направился к столу. Там била вверх сверкающая струя маленького фонтана. Низвергаясь, она бежала потоком между покрытых мхом берегов с перекинутыми через них крошечными причудливыми мостиками.

Пока маркиз наблюдал за регентом, к нему снова подошла леди Сибил.

– Я слышала твой разговор с регентом, – прошептала она. – Что произошло у тебя дома?

– Это мне и предстоит выяснить.

– Я еду с тобой, – отрезала леди Сибил. – Видит Бог, я по горло сыта этим лондонским сезоном. В конце концов, это лишь бесконечные светские рауты, которые ничем не отличаются один от другого.

– Ты умрешь в замке от скуки! – сказал маркиз. – Я сам не был там с тех пор, как моя… – Он осекся. – Уже семь, нет, скоро восемь лет.

– Так долго?! – воскликнула леди Сибил.

– Я почти все это время был за границей, – объяснил маркиз, оправдываясь скорее перед собой, чем перед собеседницей.

– Значит, ты даже не имеешь представления, что там делается? Как интересно! Будто открываешь новый мир. К тому же я слышала, как великолепен Меридейл и хотела бы убедиться в этом сама.

– Мы не можем ехать вдвоем, – возразил маркиз.

– А кто узнает? В Лондоне мы никому не скажем, а сельские пуритане вряд ли ожидают тебя. Если же, дорогой Джулиус, ты чувствуешь, что не можешь обойтись без провожатого, ради Бога, давай пригласим с собой Ричарда.

– Послушай, Сибил, – начал было маркиз, но леди Сибил уже окликнула высокого молодого человека приятной наружности, стоявшего среди вазонов с цветами.

– Ричард!

Бледное лицо Ричарда осветила улыбка. Изящно завязанный галстук, бриллиантовая булавка, цепочка с бренчащими на ней брелоками – все выдавало в нем денди до мозга костей.

– Ваш покорный слуга, мадам, – подходя к ним, поприветствовал он леди Сибил, а затем обратился к маркизу: – Где ты был, Джулиус? Я всюду искал тебя.

– У нас есть план, – сказала леди Сибил, не дав маркизу опомниться. – Джулиус должен посетить свое поместье. Поверишь ли, он не был там почти восемь лет! Я хочу сопровождать его и прошу тебя поехать с нами, ибо Джулиус боится появиться там вдвоем со мной и поставить под угрозу свою безупречную репутацию!

– Да не говорил я ничего подобного! – запротестовал маркиз.

Капитан Ричард Хантингтон рассмеялся.

– Превосходное предложение. Ближайшие дни обещают быть жаркими. Я только что беседовал с одним из этих старых зануд, которые мнят себя предсказателями погоды. Я уверен, что на этот раз он не ошибся. О Боже, от здешней духоты можно заработать судороги!

– Тогда давайте уйдем отсюда, – предложил маркиз. – Ты уже говорил с Принни?

– Я сделал уйму подобающих случаю вещей, – ответил Ричард, – и поцеловал такое количество ручек, что губы заболели. Предлагаю поехать к тебе и напиться.

– Времени нет. Я отбываю завтра рано утром.

– Почему столь внезапное решение? – поинтересовался Ричард.

– Я просто подумал, что должен побывать дома.

– Мне казалось, прежде у тебя были какие-то особые причины не ездить туда. Если не ошибаюсь, однажды во Франции ты сказал, что даже если тебя не убьют, – а тогда все мы даже не надеялись остаться в живых, ты навсегда покончил с дедовским наследием, замком и тому подобной ерундой.