–  А рецепта идеального государства ещё никто не изобрёл, друг мой, - невесело усмехнулась мадам генерал.
– Любая система, будь то монархия или республика, имеет свои достоинства и недостатки. Парламентаризм и свобода слова хороши в мирное время, но во время войны превращаются в смертельную опасность для государства. Жёсткая централизованная власть по типу французской монархии прекрасно мобилизует все силы страны, когда приходится воевать, но в мирное время… Да вы и сами видите, что происходит, за примером далеко ходить не надо.

–  Говорят, в вашей республике нет единоличного правления. Это правда?

–  Правда.

–  Однако, вас называют чуть ли не диктатором.

–  Тот, кто думает, будто я диктатор, судит по себе, - рассмеялась Галка.
– На мне - война и дипломатия. Всё, никаких иных полномочий. Если я вздумаю указывать негоциантам в приказном порядке, Торговый совет пошлёт меня подальше, и будет трижды прав. А я при всём желании ничего не смогу с этим поделать. Хорош диктатор, не правда ли?

–  При наличии собственной казны можно с этим смириться. Однако нет ли в этом элемента анархии? Если Совет капитанов примет решение объявить войну некоему государству, с которым у Торгового совета налажены надёжные связи… Впрочем, я слышал, что подобные важные решения не принимаются без согласия глав всех трёх советов. Как же вам удалось убедить месье Аллена в необходимости отказаться от торговли с английскими колониями?

–  Мне не потребовалось ни в чём его убеждать. Он и без меня прекрасно понимал, что у Англии были весьма определённые планы на Сен-Доменг, с торговлей никак не связанные.

–  Он тоже политик?

–  Даже в большей степени, чем я.

–  Тогда мне остаётся вас поздравить, мадам, - теперь улыбка Вильгельма стала бесплотной, словно лунный блик.
– Нашим лавочникам зачастую не хватает именно умения разобраться в политической обстановке. Однако… Вы уж простите, но я не могу не коснуться этой темы. Одним словом, как друг я должен вас предупредить: король Людовик намерен потребовать освобождения осуждённых в Сен-Доменге сэра Чарльза Модифорда и капитан-лейтенанта Грина.

–  Слышу глас герцога Йоркского, - ехидно усмехнулась Галка.

–  Вы понимаете, чем может быть чреват ваш отказ?

–  Интересно, а король Франции понимает, насколько смешно он будет выглядеть в глазах всей Европы, если встрянет в свару на чужой кухне?

–  Вы правы, мадам, он не пошлёт свою эскадру освобождать двух проштрафившихся англичан. Но отношения между Версалем и Алькасар де Колон будут испорчены.

–  Можно подумать, они до сих пор были идеалом доброй дружбы. В этой войне Людовик палец о палец не ударил, чтобы помочь нам. Зато когда речь заходила о дележе добычи из Порт-Ройяла, господин посол не преминул нанести визит, - с едкой иронией проговорила Галка.
– Естественно, им ничего не обломилось, отсюда и такие вот…требования.

–  Из всего услышанного я делаю вывод, что вы наперёд знали о нежелании Франции участвовать в этой войне.

–  Да, это так.

–  Значит, Людовик ждал, что вы сами попросите у него помощи…

–  Возможно.

–  Но вы справились с проблемой без его участия, и это не может его радовать.

–  Вы уже второй раз намекаете на необходимость создания антифранцузской коалиции, друг мой. Но пока министром финансов Франции является месье Кольбер, эта коалиция не имеет смысла.

–  К сожалению, должен с вами согласиться, мадам. Победить такого противника можно либо с помощью большой армии, либо имея большие деньги. Что, впрочем, в наше время равнозначно. Но казна Голландии изрядно пострадала от войны.

–  А казна Сен-Доменга изрядно от той же войны пополнилась, - рассмеялась Галка.
– Да, у нас в запасе лежит некая сумма денег, однако мы не рискуем пускать их в оборот, опасаясь экономической катастрофы. Но если вы говорите о займе…

–  Генеральные штаты готовы предоставить Торговому совету любые гарантии.
– Вильгельму было крайне неудобно просить денег, и он едва сумел скрыть облегчённый вздох: сен-доменгская дама поняла намёк и пошла ему навстречу.
– Что вам было бы предпочтительнее видеть в качестве залога?

–  Владения на континенте.

–  В каких границах?

–  Земли за рекой Огайо, до Великих озёр на севере и до верхнего течения реки Миссисипи на западе.

–  Много.

–  Вы тоже мало не попросите, - Галка говорила с ним вежливо, без каких-либо вызывающих ноток. И оттого иногда позволяла себе ироничные пассажи.
– А корабельный лес морской державе так или иначе необходим. Вам же останется богатое побережье с готовыми городами и верфями.

–  Которое ещё следует захватить.

–  Теперь для нас это не проблема, друг мой…

"…Поскольку было установлено, что подсудимые Модифорд и Грин являлись исполнителями приказа вышестоящего начальства, суд, рассмотрев свидетельские показания, а также доводы обвинения и защиты, постановляет:

–  признать подсудимых Чарльза Модифорда и Джеффри Грина виновными в исполнении преступного приказа, заключавшегося в злонамеренном и не обусловленном никакой военной необходимостью обстреле собора Примада де Америка, повлекшем жертвы среди мирных граждан;