Теперь же он знал, что тут так принято договариваться о делах.

— Долго они там? — вздохнул один из оруженосцев, толстый и носатый, родом откуда-то из-под Хисти.

— Терпи, во имя Владыки-Порядка, — строго ответил другой, из тех, кто служил в Ордене давно.

Второй день Хорст и еще пятеро особенно «везучих» оруженосцев в качестве почетной свиты сопровождали брата Тегера. А он занимался тем, что обходил торговцев лошадьми.

Тех, что привезли с собой, не хватило бы на всех, а путешествовать через степь пешком — все одно, что «гадить без задницы», как выражался Авти. Добыть телеги в Ил-Бурзуме оказалось сложнее, чем лошадей. Многим из оруженосцев предстояло впервые в жизни сесть в седло.

Обмен воплями закончился тем, что брат Тегер и владелец синего халата ударили по рукам. Из одного кармана в другой перекочевала некоторая сумма денег, после чего редар повернулся к понурым оруженосцам.

— Все, братья, во имя Владыки-Порядка, — сказал он, — возвращаемся…

Время близилось к вечеру, и на улицах было довольно прохладно. Хорст с тоской подумал о том, что в родном Линоране вовсю льют дожди и того гляди пойдет первый снег. Очутившись на улице, Хорст с удовлетворением отметил: перед редаром в черной тунике Ордена толпа хоть немного, но расступается. Любой другой, попытавшийся пробиться через такое столпотворение, увяз бы намертво, как мушка в янтаре. Да и то оруженосцам приходилось активно работать локтями. Неудивительно, что по пути до караван-сарая Хорст немного взмок. Вслед за братом Тегером он вошел на широкий двор, успел уловить плывущий с кухни аппетитный запах плова и тут же краем глаза заметил какое-то движение у коновязи.

— Эй, ты что?! — крикнул кто-то за спиной. Хорст повернулся. Прямо на него бежал высокий человек. Глаза его были выпучены, полы желто-оранжевого халата развевались, а в руке блестел длинный нож.

Перед глазами мелькнуло что-то черное, спустя мгновение владелец аляповатого платья оказался лежащим вниз лицом. На закорках у него сидел брат Тегер и задумчиво вертел в пальцах отобранный нож.

— Дрянное железо, — сказал он и отшвырнул клинок в сторону. Тот обиженно брякнулся о землю. — Да и ржавчиной покрыт…

Только тут Хорст понял, что его собирались убить. В нем пробудился запоздалый страх: кровь отхлынула от лица, а сердце несколько раз дернулось.

— А ну вставай! — Покушавшийся на Хорста хрипел и сипел, когда его подняли на ноги. — Пойдем-ка внутрь, побеседуем.

Из дверей караван-сарая высовывались испуганные и удивленные лица, потом объявился сам хозяин, высокий и тощий, точно жердь, с клочковатой седой бородой. Он молча смотрел, как незнакомца в оранжевом халате заводят внутрь.

В большом зале, занимающем добрую половину первого этажа, было людно. На толстых цветастых коврах, подогнув под себя ноги, сидели люди. Губы их блестели от жира, а глаза — от выпитого. На вошедших обратились десятки глаз. Разговоры мгновенно прервались, стало тихо, точно на кладбище.

Пока они добирались от входа до лестницы, Хорст чувствовал себя довольно неловко.

— Предупреди-ка брата Сандира, — велел брат Тегер одному из оруженосцев, пинками подгоняя дрожащего убийцу.

Командор встретил их у дверей комнаты, отведенной для редаров.

— Так, — сказал он, — заводи его сюда. Сейчас он все нам расскажет, во имя Владыки-Порядка…

— Аааа! — Человек в оранжевом халате заорал вздрогнул так, точно его ужалила змея. — Ааааааааа!

— Хватит ерунд… — начал было брат Тегер.

— В стороны! — гаркнул выскочивший из-за спину ре Вальфа Родрик. — Быстрее!..

Брат Тегер отскочил, едва не врезавшись в стену. Незадачливого убийцу трясло, на губах у него появилась пена. Он выл и царапал лицо руками, а потом рухнул на пол и принялся кататься, как собака в пыли. Его били судороги, слышно было, как лязгают зубы.

— Помилуй нас Владыка-Порядок! — прошептал за спиной Хорста кто-то из оруженосцев.

Вой захлебнулся хрипом и оборвался. Человеческая плоть на глазах теряла цвет, становясь серой, как дорожная пыль. С легким шорохом она осыпалась с костей, и Хорст покрылся холодным потом — этот негромкий, зловещий звук был ему хорошо знаком!

Шорох стих. На полу остался нелепый, обряженный в халат, штаны и сапоги скелет, белый и без малейшего следа плоти, точно его обглодали тысячи мелких плотоядных созданий.

— А… — сказал командор. — И что?

Родрик шагнул вперед, бестрепетной рукой влез за отворот халата. Когда вытащил и разжал ладонь, то в ней оказалась висящая на тонкой цепочке серебряная безделушка — искусно отлитая рысья голова. Точно такая же, как на шее у Хорста.

Хорст вздрогнул, ощутил, как мир вокруг потерял плотность, куда-то поплыл. Захотелось чего-то сказать, крикнуть, сорвать с себя ненавистный знак, а самому убежать далеко, куда угодно, хоть в лапы к Хаосу…

— Спокойнее, — ледяной голос командора помог вновь обрести самообладание, — брат Ранти, брат Тегер, возьмите это и закопайте на заднем дворе. Заверните во что-нибудь, чтобы никто не встревожился. И с хозяином поговорите… как следует.