Последние слова прозвучали почти зловеще. После того «разговора» владелец караван-сарая, судя по всему, напрочь забудет, что видел сегодняшним вечером что-то необычное.

— А вы, брат Хорст, следуйте за мной, — продолжил ре Вальф, — и вы, Родрик, тоже.

В караван-сарае были необычно низкие потолки и, что особенно удивило Хорста в первый день, никакой привычной мебели, кроме сундуков. Стулья, столы и кровати отсутствовали, а сидеть, лежать и даже есть полагалось на толстых, в три пальца, коврах.

— Садитесь, — велел командор, — и рассказывайте. Что это за тип?

— Не знаю, — Хорст виновато пожал плечами, — он просто бросился на меня и… все.

— Еще один слуга Витальфа Вестаронского, — пояснил маг. — Пытался умертвить Хорста, а когда стало ясно, что покушение не удалось, хозяин просто уничтожил его.

— С каких это пор слуги одного мага нападают друг на друга? — Синие глаза ре Вальфа излучали холод. — Это выглядит очень странно. Если Хорст чем-то не угодил хозяину, тому проще уничтожить его. Точно так же, как этого, в коридоре. Что вы на это скажете?

Родрик смущенно засопел, Хорст опустил голову, разглядывая яркий рисунок на ковре.

— Не желаете говорить — ваше дело, — сказал командор, когда стало ясно, что отвечать никто не собирается. — Вы ведете тут какую-то свою игру, о которой я не осведомлен. Мне это не нравится. Знайте это. И еще знайте, что если бы не о… Авти, я бы оставил вас еще в Лост-Бурзуме. Ясно?

Хорст послушно кивнул, скрывая удивление. Что за странную власть имел старый балагур над командором? Или Авти сам когда-то был редаром Ордена, а может даже магистром?

Ага, и из предводителя Ордена превратился в шута. Предположение выглядело настолько глупым, что Хорст тут же его отбросил. Авти, конечно, мог знать что-то, опасное для ре Вальфа, но в этом случае его проще было убить. Нет, тут было что-то другое…

— Все ясно, — проговорил Родрик. — Ценю вашу доброту.

— Вот-вот, цените, — кивнул командор. — А теперь идите, во имя Владыки-Порядка.

Хорст встал, ощущая, как запоздалая испарина страха выступает на лбу. Когда вышли в коридор, спросил негромко:

— И что, теперь Витальф все время будет стараться меня угрохать?

— А ты чего ждал? — усмехнулся Родрик. — Что он возрадуется и осыплет тебя подарками? Непокорная фигура — вызов самолюбию мага.

Хорст помрачнел. Жить, постоянно ожидая удара из-за угла, заглядывая в миску в поисках яда, подозревая любого, оказавшегося рядом, в злых намерениях — что может быть хуже?

— А ты что, так боишься умереть?

— Конечно, — Хорст взглянул на собеседника с недоумением.

— Глупо это, — маг вздохнул. — Жизнь всего лишь путь к смерти, а ее дни похожи на песчинки в кулаке. Чем крепче ты их сжимаешь, тем быстрее они выскальзывают, чтобы присоединиться к бархану Вечности…

Хорст вздрогнул — жуткий образ со струящимся из кулака песком заполнил его воображение.

— Ладно тебе, — Родрик улыбнулся. — Дай тебе волю, ты собственную гибель вообразишь и со страху сиганешь в окно. Пойдем лучше пива выпьем!

— Пойдем, — с облегчением согласился Хорст.

Скрежет елозящего по кольчуге обломка кирпича терзал уши Хорста, точно жук-древоточец — ствол дуба, а руки занемели от однообразных движений. Рядом мучились другие «счастливцы». На земле стояли начищенные до блеска шлемы, а расхаживающий между ними брат Калти время от времени подгонял нерадивых.

— И на кой этому хану сдался наш командор? — пробормотал Хорст, вытирая со лба пот напополам с кирпичной пылью.

— Кто же его знает? — пробормотал расположившийся рядом оруженосец.

— Братья, вы слишком много времени тратите на болтовню, во имя Владыки-Порядка, — невысокий редар оказался рядом, — а времени осталось мало.

Хорст замолк и принялся с удвоенным рвением скрести кольчугу.

Утром в караван-сарай явился гонец, разодетый в одежду изумрудно-белых цветов ханского герба, и привез Сандиру ре Вальфу личное приглашение в возвышающийся над городом замок.

Отказаться от такого было нельзя, отправиться в одиночку или ударить в грязь лицом — тоже. Оруженосцы, отобранные для сопровождения командора, погрузились в лихорадочную суету…

Чистка оружия, доспехов, починка сапог и одежды, расчесывание конских грив и хвостов — все это заняло целый день, и сейчас, когда время близилось к вечеру, Хорст ощущал себя измотанным настолько, что поездке к хану предпочел бы крепкий и спокойный сон…

Хлопнула дверь, во дворе появился командор. Черный плащ вился за его плечами, блестел легкий шлем.