— А ты разве ещё не понял? Это амулет, вблизи которого невозможно пользоваться магической энергией.

— О чем это вы там шепчетесь? — забеспокоился Авлан.

— Обсуждаем, что с вами сделать: убить сразу или немного помучить, — зарычал Ланс.

Авлан нервно захихикал. Должно быть, даже оглушенных, лишенных магической поддержки противников он не считал легкой добычей. Стоящие с ним разбойники напряглись и сильнее сжали рукоятки своих орудий убийства.

— Почему вы решили напасть на нас? — прервал Андрей неловкую паузу, которая могла печально кончиться.

— Вы конкуренты, — повторил Авлан.

— Но в чём конкуренты? — Отчего-то вспомнились ворованные доспехи.

— В спасении мира, — объяснил вражеский маг.

Андрей и Ланс одновременно зашлись кашлем. Не скрывая улыбки на перекошенном лице, Кейвак поинтересовался:

— Кто вам сказал, что мы заняты спасением мира?

Авлан посуровел.

— Довольно словоблудий! — рявкнул он так, что даже его «соратники» на шаг отступили. — Вы прекрасно знаете, что Творец покинул измерение, а, как известно, свято место пусто не бывает.

Кто-то из толпы хихикнул, но тут же прикусил язык.

— Тот, кто спасет мир, обретет божественную силу, — говорил Авлан. — Он взойдет на Небесный трон и станет властелином всего Арманниса!

— Уж не вы ли решили занять место Творца? — спросил Ланс.

— Я, — согласился Авлан. — И сделаю всё возможное, чтобы добиться своей цели. В частности, я избавлюсь от конкурентов.

— А вам не кажется, что из вас получится весьма злобный бог?

— Бог не может быть добрым или злым, плохим или хорошим, — ответил Авлан. — Он БОГ, и этим всё сказано. Пути его неисповедимы. И хочу добавить, что я не стану богом, а стану как бог. Согласитесь, это разные вещи.

Андрей разницу едва ли уловил, но слова вражеского мага поразили его: тот, кто спасёт мир, станет равен богу! Валиус и Родган наверняка знали такой расклад, но отчего-то не поделились информацией с потенциальным, можно сказать, претендентом на Небесный трон! Бог ты мой, подумал Андрей.

— Вы будете использовать божественную силу в корыстных целях, — утвердительно сказал Ланс. — Се не есть хорошо.

— Я вам обещаю, что буду использовать божественную силу в корыстных интересах, — заверил Авлан. — И первое, что я сделаю, когда завладею Радужными Мечами — это щедро вознагражу своих людей за расправу над вами.

— Радужными Мечами? — удивился Кейвак. — А я думал, вы всего лишь хотите стать властелином Арманниса.

— Что такое радужные мечи? — спросил Андрей у друга.

— Бес его знает, — пожал тот плечами.

— Вы даже не знаете, каким именно образом предотвратить гибель измерения? — расхохотался Авлан. — Старик, должно быть, окончательно выжил из ума…

Ланс проигнорировал его насмешки, потому что в данный момент его не интересовала проблема спасения мира. Его интересовала проблема спасения собственной шкуры, и он простер руки вперед:

— О добрые люди! — завещал он. — Когда мы исполним свою миссию, то дадим вам ровно в два раза больше!

Кейвак решил пойти самым простым путем в попытке склонить бандитов в свою пользу, но это не произвело на них ровным счетом никакого впечатления.

— Не говорите глупостей, коллега, — усмехнулся Авлан. — Всем известно, что пришелец не сможет использовать божественную силу так, как абориген — с корыстью.

Ланс опустил руки и пробормотал:

— Мне, однако, это было неизвестно…

Авлан его услышал.

— Как вы думаете, почему Родган взялся подготавливать абсолютно чуждого этому миру слайдера, когда вокруг существуют сотни отличных парней, не в пример лучше приспособленных к Арманнису, знающих толк в оружии и магии?

У молодых людей не нашлось подходящего ответа, и младший маг его величества ответил за них:

— Потому что он не хочет рисковать. Управлять вселенной — это, знаете ли, большой соблазн. Невозможно предсказать поведение человека, когда он станет равен богу.

— В чем же моё отличие? — спросил Андрей, уже зная ответ.

— Вы, сударь, обретя могущество, первым делом вспомните о родном измерении и пожелаете вернуться домой. Чувство дома — абсолютно здоровое и естественное желание любого существа, и вдали от родины оно только обостряется. Вы не захотите повелевать чужим миром, тем более что ваш мир находится, как и Арманнис, в весьма шатком положении. Хитрец Валиус (да-да, я знаю и о нём!) точно предсказал это и, слепо веря безосновательным, местами даже лживым легендам фанатично занимается взращиванием «избранных» — бедняг, которых по воле злого рока закинуло чёрт знает куда.